Липовый мед

Алиса вздрогнула всем телом, запрокинула голову, глотая слёзы, и, громко всхлипнув, упала на кровать, притягивая к себе подушку, на которой он лежал, и утыкаясь в неё лицом.

7. Как покорить Эверест

Костя вылетел из подъезда, стремительно сбегая по ступенькам. Охранник тут же проснулся, толкнув в бок шофёра, и выскочил из машины, распахивая дверь.

— Домой! — рявкнул Костя, откидываясь на сидении и отворачиваясь к окну.

В груди бушевало раздражение. Такое едкое, что хотелось кричать. Сколько раз он себе говорил не связываться с женщинами, подобными Алисе! И зачем, мать твою, зачем ей понадобилось всё усложнять?! Разве им было плохо вместе? Или то, что когда-то их что-то связывало, накладывает какие-то обязательства? Он скрипнул зубами. Бред. Всё это бред какой-то. Это стремление придать отношениям какой-то статус, будто нельзя просто спать вместе, изредка встречаясь вне работы…

Костя тяжело вздохнул и прикрыл глаза. Шофёр с охранником переглянулись и слегка приподняли брови. Он и сам не мог себе сказать, почему-то, что Алиса его прогнала, так взбесило. Не то, чтобы он привык к подобному, но ведь всякое бывало. А сейчас… Просто он хотел остаться. До утра, на весь день, до завтра. Не вылезать из постели, прерываясь только на то, чтобы поесть. И говорить, о чём угодно, обо всём подряд — с Алисой было невероятно легко. Может, он приготовил бы ей завтрак, а потом они нашли бы фильм, в котором обязательно к ушибу прикладывают зелёный горошек… Костя хмыкнул и покачал головой — какой бред только не придёт в голову с недосыпа.

Но сейчас он отчётливо понял, что отпускать Алису от себя не хочет. Не сейчас. Может, позже. Когда перестанет тянуть к ней магнитом, и член начнёт слушаться, а не будет жить своей жизнью при мысли о ней и том, что она делала этой ночью… Нет, отступать он точно не будет. Даст остыть, подумать, понять, что серьёзные отношения не нужны ни ей, ни ему. А потом снова уложит в свою постель, и на этот раз привезёт к себе, чтобы не вздумала прогонять. И сбежать тоже не даст."

"В пять утра улицы города ещё пусты, и путь до дома занял полчаса. Уже подъезжая, Костя с трудом боролся со сном, и, едва переступив порог спальни, сбросил одежду на пол и рухнул в кровать, крепко обнимая подушку. Уставший организм с готовностью продолжил сегодняшнюю ночь во сне, только Алиса в нём не просила уйти, а ложилась рядом, шепча что-то непристойно-горячее, а после уложила его на спину и, не сводя с него глаз, начала рисовать узоры на его груди острым кончиком языка, спускаясь всё ниже, и ниже…

Костя резко распахнул глаза: по телу всё ещё пробегала дрожь, а дыхание сбилось и вырывалось из груди короткими выдохами. До конца не веря своим ощущениям, он приподнял одеяло и тут же швырнул обратно, накрывая ладонями лицо.