Лихой гимназист

Теперь придётся стоять столбом на линии огня, ловя мордой ледышки.

Именно поэтому на следующий день я снова поехал за город попрактиковаться в технике защиты. Главная проблема заключалась в том, что я не знал, как она сработает в реальном бою, поэтому попросил Николая помочь с тренировками. Он согласился уделить мне пару часов.

Со слов архонта, мне было знакомы лишь два защитных приёма: преобразование и встречная волна.

В первом случае тело окутывала стихийная материя, которая поглощала снаряды. Второй же способ заключался в том, чтобы выпустить навстречу вражеской атаке тёмное облако, что имело похожий эффект. Последнее было безопаснее, поскольку уничтожало магию на расстоянии, но чтобы провести данный приём, следовало вовремя среагировать на действия противника.

Имелся и третий способ: уничтожить вражеский снаряд точечным попаданием своего собственного, но это требовало высокой концентрации. В стычке с человеком Смита у меня это получилось лишь по чистой случайности. Разум сам сосредоточился на пущенном булыжнике и направил в него магию. Удастся ли такое повторить, уверенности не было.

Против физических способов воздействия — пуль или холодного оружия — использовалась та же самая защита.

Погода в этот день плохо подходила для загородных прогулок, с самого утра накрапывал дождь. Мы с Николаем отработали несколько защитных приёмов, но потом, когда я остался один, вода с неба потекла сильнее, и к вечеру я промок насквозь. Даже наличие зонта не спасло.

Домой вернулся лишь вечером.

Едва я забежал в подворотню, как увидел Машу, которая шла от моего подъезда, что находился в глубине двора. Она была в своём обычном сером платье и тоже под зонтом. Лицо её озарилось радостной улыбкой, когда она увидела меня.

— Ты ко мне? — спросил я.

— Да, ходила вот, а тебя не было. Думала, не придёшь сегодня, — ответила она.

Огибая лужи, мы двинулись в направлении моего подъезда.

— Я заходила во вторник и вчера, — сказала Маша, когда мы поднимались по лестнице, — тебя тоже не было.

— Обычно прихожу домой позже. Не каждый раз получается посидеть вечер дома. А сегодня, как видишь, и вовсе промок до нитки. Целый день на ногах.

— Эх, раньше мы каждый день виделись, а теперь — так редко.

— Что ж, отдыхай от моего общества, через два месяца мы снова будем ходить вместе.

Мы вошли в мою квартиру, тут было прохладно. Я снял сюртук, переодел рубашку и жилетку и занялся растопкой печи. Маша в это время поставила кипятить чайник. Когда все дела были сделаны, мы сели за стол. От печи теперь веяло теплом, а желудок мой наполнялся горячим чаем — холод и сырость отступали.

— Не представляешь, как папенька ругался в воскресенье, — бодро затараторила Маша. — Пришлось пообещать, что возвращаться буду раньше.