Лихой гимназист

Маша закрыла глаза, словно пыталась заснуть, а я смотрел на неё. Мне нравились её черты лица, особенно сейчас, когда они выглядели столь умиротворённо. Казалось, Маша забыла о вчерашнем инциденте. Теперь ей было хорошо.

Она не торопилась уходить, и мне вдруг стало тревожно от мысли, что она захочет остаться. В квартире — оружие, деньги, бумаги с заклинаниями, и как бы Маша мне ни нравилась, ей здесь не место. Провести вдвоём ночь нестрашно, но ни о чём большем и речи идти не могло.

Однако Маша и сама знала, что надо идти домой. Она поднялась, села на кровать и, словно стесняясь своей наготы, прикрылась одеялом.

— Я уже должна быть дома, — сказала она. — Ну и попадёт же мне.

— Скажи, что была у знакомых.

— Всё равно слишком поздно. Никогда во столько не возвращалась. Страшно представить, что папенька подумает.

— Если хочешь, я поговорю с твоим отцом, — сказал я.

— Нет-нет, не надо, — Маша испуганно на меня посмотрела. — Что он скажет? Я не должна… Мы не должны были… Это неправильно.

— Кому какая разница? — я тоже сел на кровать, обнял Машу и поцеловал. — Тебе же хорошо было? Разве что-то ещё имеет значение?

— Не знаю… До нашей встречи мне казалось, что значение имеет только дело, которым я занимаюсь.

— Революция?

— Да. Я только этим и жила. Это же очень важно.

— Как знать… — я вздохнул. — У каждого свои заморочки.

— Что, прости?

— Не бери в голову. Кстати, мы на этой неделе, наверное, не встретимся. У меня дел полно.

— Дел? — Маша изумлённо на меня посмотрела. — Ты же, кажется, закончил учиться.

— Учиться закончил, теперь надо о заработке думать. Иначе на что дальше снимать эту квартиру? От семьи я не получаю ни копейки, приходится обо всём заботиться самому.

— Ты пойдёшь в следующее воскресенье к Фёдору Аркадьевичу?

— Не знаю, — покачал я головой. — Если время будет.

— Пойдём вместе. После собрания сможем погулять по набережной, если погода выдастся хорошей.

— Если не будет важных дел, сходим.

— Понятно…

— Но сюда можешь придти в любое время, если я, конечно, буду дома. Заходи после работы, чай попьём, займёмся ещё чем-нибудь, — я снова прижал Машу к себе, обхватив рукой за грудь.

— Ладно, загляну как-нибудь, если папенька меня сегодня не убьёт, — Маша хихикнула и отстранилась, потянувшись за валяющимися на полу панталонами.

Она оделась, и мы спустились вниз. Я проводил её взглядом до подъезда. Она напоследок обернулась и помахала мне ручкой.

Вернувшись в свою пустую квартиру, я окинул гостиную критическим взором. Возле стен стояли бюро, комод, кресла, посередине — обеденный стол. Выглядела комната так, словно тут и вовсе никто не жил. Маша права: уюта не хватает.