Лихие. Депутат

От моего собственного кейтеринга, на минуточку, из казино.

В передней части салона располагался мини-бар, отделанный кожей и титаном. На полках стояли бутылки коллекционного коньяка, виски и шампанского Dom Pérignon. Стюардессы, две девушки-брюнетки с безупречным макияжем и в элегантных униформах от Hugo Boss, двигались по салону с грацией балерин. Их высокие каблуки едва касались пола, а улыбки были такими же безупречными, как и сервис.

— И где они их набирают, интересно? — подумал я, глядя на лучащееся счастьем прелестное лицо стюардессы. — И чего она радуется так?

Впрочем, я же сам им по сотке баксов чаевых сунул, чего уж тут удивляться. И им, и обоим пилотам, когда весь экипаж выстроился меня приветствовать. Традиция такая в бизнес-авиации: они мне улыбаются, а я им за это плачу. Дурацкая у этих девчонок работа, не знаешь, куда полетишь завтра. Можешь оказаться в Норвегии, а можешь в Южной Африке. У каждой с собой огромный чемодан с барахлом, где лежит все — от бикини до пуховика. Ни разу не полезно просыпаться за неделю в пяти разных широтах, здоровье просто сыплется. Зато года через три такая девчушка покупает квартиру и становится завидной невестой. Или вообще оседает на вилле кого-то из клиентов в качестве второй жены. Обычное дело.

— Коньяк? — спросила одна из них, наклоняясь ко мне с подносом и давая в подробностях рассмотреть обширное содержимое собственного декольте. Это тоже часть сервиса и входит в цену аренды самолета.

Я кивнул, не отрывая взгляда от Насти. Она сидела напротив, откинувшись на спинку кресла, обитого кожей цвета слоновой кости. Ее ноги были закинуты на подставку, а в руках она держала бокал шампанского, слегка покачивая его, чтобы пузырьки поднялись вверх. Юбка ее задралась, дразня меня легкой недосказанностью. Рыжик явно намерена была наверстать упущенное. Я давненько не баловал ее своим вниманием, с головой погрузившись в семейную жизнь.

— Ты когда-нибудь задумывался, сколько стоит этот самолет? — спросила она, глядя на меня с игривой улыбкой.

Вот зараза, знает, что здесь может говорить мне «ты». На работе — ни-ни. Там все очень строго, особенно на совещаниях.

— Не-а, — ответил я, делая глоток коньяка. — Потому что это не имеет значения. Главное — то, что он у меня и так есть. Когда захочу — найму. Слишком много возни с содержанием."

"В задней части салона находилась спальная зона. Широкая кровать с шелковым постельным бельем и подушками из гусиного пуха была скрыта за тяжелыми шторами из бархата. Рядом — ванная комната с мраморной отделкой, душем с подсветкой и туалетными принадлежностями от Creed. Все здесь было продумано до мелочей — потрахался и можешь помыться сразу. Настя призывно посмотрела на меня и показала бокалом в сторону спальни. Плевать ей на этих кошелок стюардесс.