Личная кошка Повелителя.

Мама восстанавливалась медленно — и теперь, помимо хозяйства, на меня легла и забота о сестре. В течение года я успела привязаться к ней, как к собственному ребенку. Кормила ее, мыла, укладывала спать и испытывала другие «радости материнства». Она стала моим хвостиком и всегда требовала моего присутствия. Мама видела это и, кажется, даже ревновала ко мне сестру, но, стоило Шайну забрать от меня, та устраивала скандал и орала так, что сбегалась вся деревня. В конечном итоге, мама смирилась и не пыталась лишить сестру столь важной игрушки, как я.

Иногда я могла позволить себе спрятаться на дереве и побыть в одиночестве, но это были редкие моменты, пока спала Шайна. Я любила свою сестру, но совсем не хотела оставаться при ней нянькой. Меня по-прежнему интересовало все новое и тянуло увидеть мир. Вещи давно были сложены в дорожную сумку и ждали хозяйку, но я никак не могла заставить себя бросить сестру и мать, пока они нуждались во мне.

2 глава Побег"

"С решением убежать мне помогла, как ни странно, мама. Мне уже исполнилось восемнадцать, я расцвела, привлекая внимание мужчин в деревне. Они говорили мне комплименты, пытались заигрывать и приглашали на прогулки. Однако мне они были не интересны. Все мои мысли занимало лишь желание увидеть мир. Но, видимо, мама решила, что пора отдать дочь в хорошие руки, как котенка, который нуждается в заботе. Однажды вечером она посадила меня за стол, заявив, что нам нужно поговорить. Внутри меня заворочалось неприятное предчувствие.

— Элини, — начала мать разговор, — ты уже взрослая девушка, тебе пора создавать свою семью. У тебя есть кто на примете? — спросила она, пристально вглядываясь в мое лицо.

Я поморщилась, как от кислого фрукта. Неужели она не видит, что мне это не интересно?

— Нет, мама, — ответила я, отводя глаза, — мне никто не нравится, если ты об этом.

Мать кивнула в ответ на мои слова, видимо, это ее и интересовало. Вздохнув, она продолжила:

— Тогда мне придется выбрать тебе мужа, — заявила она решительно.

Я округлила глаза, удивленно уставившись на нее.

— С чего бы это? — спросила запальчиво. — Я прекрасно чувствую себя и без мужа.

— Ты же знаешь законы нашего племени, — проговорила она спокойно, не сводя с меня глаз. — Ты теперь взрослая и готова стать кому-то супругой. Для женщины нет большего счастья, чем быть при муже. Он будет заботиться о тебе.

Я вскочила со стула так резко, что он упал, громко стукнувшись об пол. Даже не заметила этого, отошла к окну, пытаясь привести свои эмоции в порядок. Во мне бушевал огонь возмущения — и всё мое нутро вопило о неподчинении законам нашей деревни.

— Нет, — твердо сказала я, — ты не будешь выбирать мне мужа. Я вообще не хочу мужа, я хочу остаться свободной! — заявила я ей и, повернув голову, сверкнула глазами.