Летучий самозванец

 — Вышел из леса, весь в белом, волосы до плеч, сзади крылья, и спрашивает: «Алина, ты не забыла Дениса? Он сильно скучает и…»

Диетолог прижала к глазам салфетку. Катя толкнула мужа в бок, Василий Олегович закашлялся, а Бортникова, не отнимая рук от лица, произнесла:

— Я человек с высшим медицинским образованием. Хотя некоторые люди и считают специалиста по здоровому питанию кемто вроде фельдшера, но у меня за плечами шесть лет обучения в институте и работа хирургом в больнице. Я отлично знаю: второй жизни не будет, ни рая, ни ада не существует, привидения — это продукт излишней эмоциональности или органических поражений головного мозга. И когда умер Денис… я… мне было намного хуже, чем, допустим, его бабушке. Анфиса Федоровна обожала внука, но она пребывала в уверенности, что Денька переместился в другую, лучшую реальность! А ято понимала: это все! Мальчик в гробу, гроб в земле! Простите!

Алина выскочила изза стола и выбежала из столовой.

— Вероятно, нужно связаться с эпидемиологами, — озабоченно произнесла Аня, когда за Бортниковой хлопнула дверь. — Не хочу вас пугать, но, наверное, по теплоходу действительно гуляет зараза.

— Что случилось с Алиной? — изменилась в лице Манана. — Я знаю ее много лет и ни разу не видела плачущей.

Василий Олегович залпом выпил стакан воды.

— Алина никогда не выходила замуж. Характер у нее паршивый. Трудно жить с женщиной, которая постоянно тебя поучает. Бортникова кажется склочницей, но она отличный друг. Я уже говорил, что мы с ней учились в одном классе, дружим со школы, пару раз ругались до драки, но потом мирились. Алина была квалифицированным хирургом. Операционный стол она бросила после того, как заболел ее одиннадцатилетний сын Денис. Кто отец мальчишки, Бортникова не рассказала ни мне, ни Кате, да мы особо и не интересовались. Увидели, что у Лины растет живот, посудачили между собой, но в душу к ней не лезли. Алина родила сына и обожала его безмерно. Денису стало плохо внезапно, я не представлял, что такое возможно: в понедельник он бегалпрыгал, а во вторник попал в реанимацию. Рассеянный склероз. Бортникова два года тащила парнишку, ушла со службы, использовала все свои связи, возила мальчика в Новосибирск, там в Академгородке применяли некий революционный метод. Когда и он не помог, она узнала про лабораторию в Киеве с экспериментальным лекарством, до этого Лина общалась практически со всеми специалистами Москвы.

— Гимнастика, уколы, переливания крови, — грустно подхватила Катя. — Целители, экстрасенсы, бабкишептухи, старикитравники, шаманы, колдуны. Ничего не помогло. Деня умер за день до своего тринадцатилетия.

— Вот ужас! — воскликнула Манана и обняла Тину. — Страшнее ничего нет!

— Мама! — заверещала девушка.