Лесной князь

Но его дочь Елизавета Петровна, ныне царствующая императрица, повелела поставить фигуру Самсона, разрывающего пасть льву. Фигура Самсона – являлась символом непобедимой русской армии, в то время как лев ассоциировался со Швецией, ибо именно его изображение находилось на гербе этой страны.

Фонтаны Адам и Ева, первых людей, расположенные на оси Марлинской аллеи, главной аллеи парка, были аллегорией Петра I и Екатерины I, первых императора и императрицы России. Западная часть парка Марлинская, получила свое название в честь дворца Марли. Двухэтажный дворец во французском стиле и располагался между двумя прудами и служил гостиницей для приезжих ”знатных особ”. На Марлинском и Секторальных прудах разводили рыбу, приученную по зову колокола плыть к кормушке. Марлинский ансамбль включал в себя каскад ”Золотая гора”, сад Венеры, Менажерные фонтаны, фонтаны ”Клоши” и Китовый фонтан на Песочном пруду, окруженный боскетом. Монплезирная часть парка, восточная, была создана первой и имела множество фонтанных ансамблей, что создавало иллюзию бесконечности. Выступающий на мысу в море с белоснежной террасой, Монплезирный ансамбль, производил впечатление пристани, ожидающий усталого путника. Сам дворец, с двумя боковыми флигелями и небольшим уютным садиком, был любимым местом у Петра I в Петергофе. Позже в нем жила Анна Иоанновна. По краям партера монплезирного садика были посажены цветники, возвышались позолоченные скульптуры, разбиты семь фонтанов, а перед дворцом на мраморном пьедестале красовались солнечные часы. В нижнем парке имелись также Шахматный каскад, Оранжерея, Менажерный пруд, устроенный для водоплавающих птиц, вольеры, Пирамидный фонтан, Большой лабиринт, посреди которого находился овальный бассейн. Фонтан-шутиха – Водяная гора – были задуман Петром как некий розыгрыш для публики. Гости, прохаживаясь по монплезирной аллее, внезапно оказывались под струями воды.

О начале маскарада еще не объявили. Ждали императрицу Елизавету Петровну, которая еще не выходила из своих покоев. Последние годы императрица периодически переселялась со всем двором в Петергоф на несколько недель, дабы поправить свое здоровье. Оттого для увеселения государыни маскарады и празднества здесь устраивались довольно часто.

Петр Иванович ощущал, что как только начнутся танцы, придется с боем отваживать от Катюши многочисленных кавалеров Нарвского полка, которые то и дело подходили к ним и интересовались, будет ли танцевать Екатерина Васильевна? Нелидов недовольно отвечал, что его племянница танцует, но не со всеми.

– Екатерина, возьми меня под руку, – велел Петр Иванович уже во второй раз. – А то эти молодые офицеры того и гляди утащат тебя.