Лесной князь

Тебе запрещено их покидать!

Иван вновь поклонился, и в его поклоне Елизавете Петровне увиделась некая насмешка над ней. Она обиженно поджала губы, понимая, что молодой человек совсем не любит ее. В ее же душе этот наглый, мужественный и далекий Иван Воронцов поднимал такую бурю чувств и желаний, что императрица порой боялась окончательно потерять голову от его близости.

Воронцов, следуя за своими стражниками по мраморному коридору императорского дворца с сарказмом отметил, что эта ситуация похожа на другую, которая происходила ранее. Только тогда он был тюремщиком, а узницей являлась Катюша в его домике в чаще леса. И он тоже сходил с ума от любви и ревности, боясь ее потерять. И вот теперь он как будто оказался на месте девушки, и теперь императрица, тоже была намеренна держать его под замком и решать за него его судьбу.

Гнев императрицы утих спустя несколько часов, как только ей доложили о том, что граф Иван Алексеевич, действительно был в кабаке, где участвовал в драке с поручиком Волынским. Елизавета Петровна немедленно направилась в комнаты к графу Воронцову, и застала его сидящего в большой горячей ванне, стоящей у огня. Мощная фигура молодого человека лишь на половину была скрыта водой. Широкая мускулистая грудь, покрытая густой порослью, внушила императрице благоговейный восторг. Сильные руки молодого человека покоились на краях ванны, влажные волосы красиво облепили его лицо и казались почти черными. Большие глубокие темно-зеленые глаза его смотрели холодно и развязно.

– До чего же Вы красивы, Иван Алексеевич, – прошептала страстно Елизавета Петровна, вплотную подходя к широкой ванне. Иван, прищурившись, вальяжно улыбнулся императрице.

– Неужели Вы простили мне, мой дерзкий поступок? – спросил он, окинув Елизавету Петровну будоражащим призывным взглядом. Государыня наклонилась над ним и провела рукой по его мощной шее к верху спины.

– Я не могу долго сердиться на Вас, мой любезный друг, – проворковала она. – Мне доложили, что Вы действительно провели ночь один.

Услышав ее слова, молодой человек напрягся.

– А теперь мне все понятно! – бросил недовольно Воронцов и резко встал из воды. Обнаженный, он почти оттолкнул императрицу и вылез из ванны. Тот факт, что государыня приказала шпионить за ним, до крайности обидел и разозлил Ивана. Елизавета Петровна проводила эффектную обнаженную фигуру молодого графа тоскливым сладострастным взором, и стремительно бросилась к нему. Повиснув на его мощной мокрой шее, она пролепетала:

– Прости меня Иван Алексеевич, глупую женщину. Я ведь всю ночь с ума сходила! Думала, что ты с другой!

Почти невежливо высвободившись из ее объятий, Воронцов накинул на мокрое тело рубашку.

– Я не Ваша собственность, – холодно надменно произнес он.