Лесной князь

Измученная постоянным присутствием Ильи Дмитриевича Катюша искала только повод, чтобы отойти от него. Она уже почти ничего не видела перед собой, и лишь ее страдающий разум, воскрешал счастливые моменты, когда рядом с ней был Иван. Тогда в дремучем лесу, она даже не представляла, что значит принадлежать нелюбимому мужчине. Тогда она думала, что Иван ей не приятен, но теперь она отчетливо осознавала, что уже в то время она была влюблена в Ивана и лишь играла с ним, внушая себе, что он ей не нужен. Как же она заблуждалась тогда! Зачем она убежала от него? Ведь уже тогда, после ее сопротивления, когда он овладевал ею, она была довольна и счастлива. Даже при начальных поцелуях его она чувствовала возбуждение во всем теле и радостное предвкушение его ласк. И теперь она очень хорошо осознавала, что не тогда с Иваном, а именно теперь в этой зале под руку с Левашовым она находилась с нелюбимым. Левашов внушал ей лишь неприязнь. Пару дней назад Илья Дмитриевич нагло поцеловал ее в саду, и Катя, отшатнувшись от него, с ужасом поняла, что никогда по собственной воле не захочет быть с ним близка.

Катюша уже почти нашла предлог для того, чтобы отойти от назойливого жениха, который не спускал с нее горящего, собственнического взгляда. Но неожиданно объявили о приезде государыни. Гости взволнованно зашептались, удивляясь, приезду Елизаветы Петровны. Ибо последний год императрица часто недомогала и редко бывала на публике. Почти каждый месяц у государыни случались припадки, после которых она впадала в крайнюю слабость. И неожиданный приезд ее был встречен недоумением и крайним воодушевлением приглашенных на торжество гостей.

Вмиг к ним приблизился запыхавшийся Нелидов, который стремительно влетел в гостиную.

– Императрица! – воскликнул взволнованно Петр Иванович.

– Елизавета Петрова? – удивился Илья Дмитриевич.

– Да, да! Сама пожаловала! Ее карета у крыльца! Ждите! Я встречать! – выпалил воодушевленно Нелидов и устремился вновь к дверям, на ходу тараторя. – Какая честь! Сама Государыня пожаловала!

Нелидов вновь убежал, по дороге гаркнув на Дарью Гавриловну, чтобы она немедленно шла вслед за ним. В зале тут же стало ощущаться напряжение, и поднялся взволнованный ропот. Катя почти безразлично восприняла известие о том, что сама императрица пожаловала на ее помолвку, и лишь сильнее ухватившись за локоть Левашова, устремила взор на дверь. Когда то давно, будучи еще совсем девочкой, Катюша мечтала о том, как она будет представлена императрице и сможет сделать перед ней реверанс и воочию увидеть государыню великой империи. Но теперь эта детская мечта казалась ей до того наивной и смешной, что она лишь несчастно вздохнула.