Леший в погонах

– Слышь, Павло, – Иван повернулся ко второму партизану, – а не к нам ли поляки шли? Помнишь, командир связника отправлял? Встретиться с их командиром хотел, чтобы фрицев вместе бить, Красную армию встречать.

– Надо отбить поляков, – уверенно сказал Павло. – Все-таки союзники, братья-славяне. Да и командир наш, может, и вправду их ждет.

– А если это аковцы? – возразил Боткевич. – Мы им поможем, а они нас же потом и постреляют.

– Аковцы с немцами не враждуют, – усмехнулся Павло. – Забыл, что Матвей Захарыч рассказывал про польское сопротивление? За аковцами буржуи стоят, они правительство в Лондоне держат и под дудку англичан пляшут. Они только и ждут, когда фашисты нас прикончат, чтобы с ними делить нашу землю. Или мы фашистов победим, а потом уж Европу делить. Не было тебя, когда к нам приезжал журналист из обкома партии, рассказывал о международном положении и наших задачах после наступления Красной армии, когда мы государственную границу перейдем. Все у них там, в Польше, странно, не как у нас. Так что с немцами аковцы не воюют. Они выжидают да на коммунистов польских охотятся, кто после войны может начать строить коммунизм в Польше. Так что эти поляки скорее из Народной армии, Армия Людова называется. Они с нашими партизанами всегда заодно были.

– Головастый ты, Павло, не по годам, – рассмеялся Боткевич и тут же стал серьезным. – Вот так, хлопцы! Ты, Будан, со своим напарником останешься здесь. Отдышишься и будешь наблюдать. Твоя задача – не дать немцам уйти, если станут сюда отходить. Смотри, сгоряча поляков не постреляй!.. Ты, Павло, перебеги со своими ребятами на ту сторону дороги и займи позицию у изгиба дороги. Атакуешь вторым. Я со своими спереди нападу, когда вся колонна пройдет поворот. В лоб ударю, постараюсь выбить тех, кто поляков держит. Надеюсь, услышат они меня, лягут на землю, когда начнется стрельба."

"Скрип телег с несмазанными ступицами послышался через сорок минут. Боткевич поерзал на траве, ложась поудобнее и поведя стволом автомата вдоль дороги. Порядок, можете жаловать в гости, суки. Партизаны не шевелились. Война, лесные засады – все это научило маскироваться, сливаться с окружающей средой. А уж в разведчики всегда брали лучших. Иван недобро прищурился, когда из-за поворота показалась первая телега, потом вторая. «А ведь трусят, гады, – подумал он. – Они поляков поставили впереди головной телеги. Думают, что партизаны начнут стрелять, и поляки своими телами прикроют гитлеровцев и их приспешников». Телег было пять. Тащили их слабенькие, полуголодные лошадки. Видать, отобрали у кого-то в селах последнюю скотину. Ну, поехали!

– Połóż się! – заорал Иван и тут же приник щекой к прикладу своего ППШ.