Легкие шаги безумия

Он прислал вам другой рассказ, а вы опять ответили хорошим письмом. Хотя вы и отказали в публикации, но объяснили ему правильные вещи про литературу. И вот он хотел, чтобы вы ознакомились с другим его рассказом. Уже собрался перепечатать на работе и послать вам, но случилось большое горе.

Сынок мой, Олег, был убит бандитским ножом в сердце Вот я высылаю вам его последний рассказ. Товарищ его на машинке для вас перепечатал. Пусть будет у вас этот рассказ на память. Раз хотел сынок мой вам прислать, значит, я и высылаю за него.

Всего вам хорошего, здоровья и спокойствия.

Надежда Захарова, город Тобольск, 12 ноября 1984 года""

Письмо было приколото скрепкой к рукописи. Рассказ назывался «Справедливость». На десяти машинописных страницах излагалась странная история о следователе, который не верит в виновность человека, подозреваемого в убийстве. Этот следователь по имени Вячеслав чувствует, что убийца – кто-то другой.

В основе сюжета лежали не факты и улики, а общие рассуждения. Лене вдруг показалось, что покойный старший лейтенант нарочно не касался в рассказе ничего конкретного. Возможно, речь шла о каком-то реальном, «горячем» деле, и он, по естественной милицейской осторожности, даже в литературном произведении сохранял законную секретность. Но и промолчать не мог. Так волновало его это дело, что решил написать рассказ.

Конец у рассказа был счастливым. Справедливость восторжествовала. Невиновный был выпущен на свободу, его престарелая мать рыдала у благородного следователя на груди, а настоящего убийцу, коварного и хладнокровного, вел конвой к скамье подсудимых.

– Захаров, Захаров, а не ты ли этот добросовестный и честный следователь? И не потому ли тебя убили? – Лена не заметила, что говорит вслух.

Отложив рукопись с письмом, она стала искать дальше. А дальше было еще одно письмо – из ИТУ с длинным номером-шифром. Но Лена знала, что это ИТУ находилось неподалеку от Тюмени.

""Здравствуй, Лена!"

"Спасибо тебе, что напечатала мое стихотворение в «Антологии одного стихотворения» в журнале. Ты и правда выбрала самое мое любимое, с твоими небольшими исправлениями я согласен. Так и правда лучше. И еще спасибо, что прислала тот журнал моей маме. От нее тебе низкий поклон.

Дела у меня плохие. Можно сказать, херовые. Батю моего судят за шесть убийств. Говорят, что убивал он девчонок молодых. Ерунда это. Он у нас алкаш, за бутылку душу готов продать, и лупил нас с мамой часто. Но он не «мокрушник». Не мог он девчонок насиловать, душить и резать.

Подробности не пишу. Сама знаешь почему. Просто делюсь с тобой, а больше не с кем. Мама все глаза выплакала.

Ты напиши мне – просто так, о чем-нибудь. О чем хочешь, только напиши.

Желаю тебе встретить хорошего парня, выйти замуж, детишек родить.