Легенда о розе. Цена предательства

И потом, у меня в голове не укладывается, что в нашем доме находится человек, готовый предать нас. Но факты говорят об обратном – пока мы с Митричем ездили к Алексу, с карьера до пункта назначения не доехал еще один грузовик с нефритом. Двое погибли, остальные из сопровождения ранены, но и они толком ничего не могут рассказать. Нападение произошло на безлюдном участке трассы поздним вечером.

Преступники, как и киллер, что должен был убить меня, были в черных масках.

Сам Шумов никак себя не выдает. Кочетов держит нейтралитет. Дядя бесится от бессилия.

- Ирма Сергеевна, - раздается деликатный стук в дверь, и на мое «можно» в комнату входит Люся.

- Что случилось?

- Вы бы к бабушке сходили, - заламывая руки, проговаривает женщина, - не нравится она мне.

- Не нравится? В смысле?.. Она плохо себя чувствует?..

- Да не знаю я! Ерунду какую-то говорит…

Я примерно понимаю, о чем идет речь. В последнее время бабка действительно ведет себя странно. Уходит в себя, подолгу молчит, а потом начинает давать указания, как лучше ее похоронить. Дядя однажды не сдержался. Накричал на нее, назвав старой вороной, которая каркает нам беды.

Но в глубине души все мы боимся, что она предчувствует собственную смерть.

Оторвавшись от изучения отчета моего зама, я иду вниз, в покои бабки.

- Привет, как жизнь? – чересчур оптимистично спрашиваю ее, - погулять хочешь?

- Садись, - рявкает она, не поднимая на меня взгляда.

Сидя в кресле-качалке, обеими руками роется в стоящем на ее коленях серебряном сундучке.

Я сажусь напротив нее и внимательно слежу за ее действиями.

- А что ты делаешь?

Бабушка молчит. Выудив из сундука какую-то брошь, отодвигает ее на вытянутой руке и, сощурив глаза, долго рассматривает.

- Хорошая вещица, - выдает, наконец, - себе оставь.

Бросает ее на стол и продолжает копаться в драгоценностях дальше. Я беру украшение двумя пальцами и поворачиваю его на свет.

Красивая. Выполнена в форме ордена и представляет собой восьмиконечную звезду, четыре конца которой украшены овальной формы гранатами, а другие четыре – алмазами чуть меньшего размера. В центре огромный рубин в окружении около тридцати бриллиантов.

- Эту продай нахрен! – отвлекает от любования прокуренный голос, а в следующее мгновение на стол передо мной падает брошь в виде павлина с хвостом из множества разноцветных камней.

- Безвкусица…

- Ее твой дед – потаскун после очередной измены притащил.

- Оу…

- Да здесь половина таких, - вынимает серебряный браслет с топазами, - вот…

Ловлю его на лету.

- Вот… вот… - следом на стол приземляются кольца, ожерелья, браслеты, - вот…

Я не успеваю собирать их в кучу.

- Все это продай.

- Зачем? Пусть на память останутся.

Бабушка, отвлекшись от своего занятия, бросает на меня недобрый взгляд.