История любви леди Элизабет

Сегодня утром мисс Камерон уже попробовала принести себя в жертву на алтарь домашнего хозяйства, и мы оба чуть не умерли от ее попытки. Я готовлю ужин, – закончил Ян, – и он, может быть, будет не лучше.

– Я попробую приготовить завтрак, – с добродушным видом вызвался священник.

Когда Элизабет была достаточно далеко, чтобы слышать их, Ян тихо сказал:

– Насколько серьезно пострадала женщина?

– Трудно сказать, учитывая, что она слишком разгневана, чтобы выражаться ясно. Или это может быть из-за настойки опия.

– Что, из-за настойки?

Священник помолчал минуту, наблюдая за птичкой, прыгающей в шумящей над головой листве, затем сказал:

– Она была в странном состоянии. В полном смятении. И сердилась тоже. С другой стороны, она боялась, что ты можешь пожелать проявить к леди Камерон «нежное внимание», без сомнения, такое, какое ты ей оказывал, когда я приехал. – Увидев, что его выпад не вызвал у невозмутимого племянника ничего, кроме вопросительно поднятой брови, Дункан вздохнул и продолжал: – В то же время она также убеждена, что ее молодая леди может убить тебя из твоего собственного ружья, что, как я ясно понял из ее слов, молодая леди уже пыталась сделать. Вот чего я боялся, когда услышал выстрелы, и что заставило меня мчаться сюда галопом.

– Мы стреляли по мишеням. – Священник кивнул, но продолжал, нахмурясь, пристально смотреть на Яна. – Тебя еще что-то беспокоит? – спросил Ян, заметив его взгляд.

Священник колебался, затем слегка покачал головой, как бы прогоняя какую-то мысль."

"– Мисс Трокмортон-Джоунс сказала больше, но едва ли этому можно верить.

– Без сомнения, это настойка опия, – заметил Ян и пожал плечами, не желая говорить на эту тему.

– Возможно, – сказал священник, снова нахмурившись. – А я вот не принимал опия, а мне кажется, что ты собираешься сделать предложение молодой женщине по имени Кристина Тэйлор.

– Собираюсь.

На лице Дункана появилось осуждение.

– Тогда чем ты объяснишь сцену, которую я только что видел всего несколько минут назад?

Голос Яна был резок:

– Безумием.

Они направились к дому, священник был молчалив и задумчив, Ян – мрачен. Его не беспокоил несвоевременный приезд Дункана, но сейчас, когда страсть остыла, он был взбешен, что потерял контроль над своим телом. В ту же минуту, как его губы коснулись Элизабет Камерон, Ян как будто потерял рассудок. Несмотря на то, что прекрасно знал, что она собой представляет, в его объятиях девушка становилась обольстительным ангелом. Эти слезы, которые Элизабет проливала сегодня из-за того, что ее обманула подруга. В то же время два года назад она практически наставила рога бедному Мондевейлу без малейшего угрызения совести.