Чувство льда

– Так ты с самого утра дурака валяешь? – спросила она, сделав первый глоток кофе, который, на ее вкус, оказался крепковатым.

– Абсолютно!

Филановский весело тряхнул головой.

– А Карловна сказала, что ты был занят каким-то важным делом, – заметила Нана.

– С чего это она так сказала? – удивился он. – Ничем я не был занят.

– Ты был чем-то очень занят, когда пришла Катерина, поэтому она разделась в приемной. Ты с ней даже не поздоровался.

– Ах это… – он махнул рукой. – Не обращай внимания. Вранье. Попросил Карловну меня прикрыть, чтобы с Катериной не встречаться.

– Что-то случилось? Ты ухитрился с ней поцапаться? – изумилась Нана. – Она же совершенно безобидная.

– Ага, безобидная. Она, видишь ли, решила сменить одного любовника на другого, точно такого же, только с деньгами и возможностями. Меня, как ты понимаешь, это устроить никак не может.

– Да ты что! – ахнула она. – Не может быть!

– Может.

– Ты точно уверен, Саша? Тебе не показалось?

– Знаешь, Нанусь, я сам не был уверен и долго думал, что мне кажется, а тут Люба мне прямо об этом сказала. Ей со стороны очень даже видно было. Я приехал своих проведать, палец порезал, ну и позвонил Андрюхе, чтобы предупредить, чтобы был аккуратнее, а Катерина как услышала, что я у наших, да один, без жены, так и примчалась якобы старушек навестить от имени Андрюхи, который в этот момент чем-то занят и сам приехать не может. Вот такая фигня. Я сдуру сболтнул насчет сегодняшнего цветочного мероприятия, она вызвалась приехать помочь, а у меня как-то аргументов не нашлось, чтобы отказать. Ну что я ей мог сказать? Нет, не приезжай, мы без тебя управимся? Невежливо, особенно если человек явно выказывает желание помочь. Вот я Карловне с утра и велел меня прикрыть, когда Катя придет.

– Поня-атно, – протянула Нана. – Ну и дальше что?

– А что дальше? – не понял Филановский. – Ты что имеешь в виду?

– Ну, ты же будешь все равно с ней встречаться. Завтра, например, вечеринка, и она обязательно придет вместе с Андреем. Да и сегодня она как минимум за своей дубленкой явится, она же у Карловны в приемной разделась. Ты ведь не можешь всю оставшуюся жизнь от нее прятаться.

– Не могу, – согласился он. – И не собираюсь. Сегодня я просто даю ей понять, что не рвусь ее видеть, особенно наедине. И завтра на вечеринке я буду продолжать давать ей это понять. Пока вежливо и под благовидными предлогами. А если она проявит настойчивость, перейду к жестким мерам.

– А вдруг она обидится?

– Значит, она обидится, – невозмутимо ответил Александр. – В конце концов, у нас с ней разные проблемы. Ее проблема – обижаться или нет. А моя – не позволить никому и ничему, никакой бабе и никакому делу встать между мной и моим братом. Между мной и Андрюхой никогда и никто стоять не будет.