Лаврушка

– Да? – вскинула брови. – Я даже не помню. Лунатила, видимо.

– Видимо, – согласно кивнул Андрей.

Остановила взгляд на его спине. На плавном движении мышц под загорелой кожей в моменты его нехитрых манипуляций. Медленно опустилась по позвоночнику и бездумно зависла на ямочках Аполлона на пояснице. Ниже только светлые джинсы.

– Я знал, что ты всегда тайно поглядываешь на мою попку, – хитрый голос вывел из раздумий, но оторвать взгляд от ямочек оказалось не так-то просто.

– М? – медленно, практически заставляя себя, обратила внимание на его лицо. – Что ты сказал?

– Смотри, говорю, – дернул бровью и сверкнул изумрудом глаз, указывая на место, скрытое джинсами. – Смотри.

– Я не смотрела. Зависла просто, – смущенно осушила стакан и подошла к нему плечом к плечу. – Чем все трое займемся?

– Трое?

– Угу. Я, ты и медовик.

– О! Это не просто медовик, крошка. Знаешь, кто такой Доминик Торетто?

– Ну, да. Мы же вместе фильм с ним смотрели. Я еще уснула. Как обычно.

– Так вот, Шуня, это самый крутой торт среди всех тортов, потому что это Медовик Тортетто.

– Боже! – восхищенно выпучила глаза и сложила руки на груди. – А его точно можно есть? Он нам не наваляет, если мы к нему с ножичком приблизимся?

– Детка, – включил Андрей альфача, приобняв меня за талию. – Пока я с тобой, тебе нечего бояться. Бойся, когда я первым убегу."

"– Ты такой смелый, – подняла руку и кончиком пальца пригладила ему бровь. Его лохматые брови частенько хочется пригладить или причесать, что я, в общем-то, иногда и делаю. Но в этот раз от обычно невинного жеста стало неловко. Я неожиданно для самой себя покраснела под его прямым взглядом. Отпрянула, прочистила горло и поправила очки. – Чем займемся?

На всякий случай отошла к дверному проему и скрестила руки под грудью, боясь снова посмотреть Андрею в глаза.

– Предлагаю ужастики посмотреть, – игриво ответил он, зная, как я их «люблю». – Среда же.

– Ладно, – обреченно закатила глаза и прошла к холодильнику, чтобы набрать все необходимое для киносеанса.

Со стороны может показаться, что мы просто любим похомячить на диване перед телевизором, но я стараюсь убеждать себя в том, что мы ценители кино.

Когда половина фильма была мной благополучно просмотрена в плече Андрея, а сам он съел почти половину торта, периодически подкармливая меня с вилки, я почти взмолилась о том, чтобы главной героине фильма кто-нибудь дал по голове, потому что она снова и снова шла туда, куда не пошел бы ни один здравомыслящий человек.

– Она опять туда пошла? – всплеснула руками и привычно повернулась корпусом к Андрею, приготовившись уткнуться ему в плечо.

– Угу, – кивнул Лавров. – И тот маньяк под лестницей ее поджидает.