Лапти

Мельком взглянув на список, уполномоченный поморщился, швырнул его под самый нос секретарю, размазав какой-то другой список, который тот составлял, и сердито, уже в сторону Алексея, заявил:

— Мышиной возней занимались, а не раскулачиванием! Миндальничаете, дорогие товарищи, укрываете…

— Кого укрываем? — равнодушно спросил Алексей.

— По моим сведениям, — не снижая тона, а как бы нарочно громко, чтобы слышали все, продолжал Скребнев, — кулаков у вас в два и даже в три раза больше.

— Покажите ваш список, — кивнул Алексей на портфель.

— В мою обязанность совсем не входит составлять для вас списки укрытых кулаков.

— Вот как! — усмехнулся Алексей.

Он решил не горячиться и не входить в спор с этим человеком.

— Интересно, что у вас за сведения и где вы их взяли?

— Это мое личное дело, — ответил Скребнев и победоносно оглядел мужиков.

А те, столпившись, настороженно рассматривали нового уполномоченного и вслушивались в словесную перепалку. Очень им хотелось, чтобы Алексей как следует пробрал и высмеял Скребнева, а еще лучше, если бы выгнал его из сельсовета.

Совершенно неожиданно к Скребневу обратился секретарь. Потирая голый череп, затаенно-тихо спросил:

— Кстати, товарищ, вы не забыли предъявить сельсовету свою путевку о прибытии?

С изумлением, как на кикимору, посмотрел уполномоченный на секретаря и усмехнулся.

— Кто вы такой? — спросил он.

— Я секретарь сельсовета, а вот кто вы — никому доподлинно не известно.

— Очень приятно, — совсем добродушно улыбнулся Скребнев. — Если вы секретарь, дайте мне поселенные списки.

— Не могу дать, ибо не знаю, с кем разговор имею, — официально заявил секретарь.

Все с той же добродушной улыбкой, не торопясь, раскрыл Скребнев свой объемистый портфель и, перебирая в нем бумаги, подавал секретарю то одну, то другую, тут же отбирая их. Долго, с неустанной улыбкой искал уполномоченный свое удостоверение и, видимо, нарочно испытывал терпение старичка. А тот смотрел и терпеливо дожидался. Наконец-таки нашел Скребнев свое удостоверение и нехотя, не глядя, бросил, а не дал в руки секретарю. Так же долго читал и перечитывал секретарь брошенное ему удостоверение, часто взглядывая на Скребнева, так и эдак склоняя голову. И со стороны походило, будто секретарь не удостоверение читает, а фотографическую карточку рассматривает, сомневаясь, этот ли человек изображен на ней, или кто другой.

Достаточно отомстив Скребневу своей медлительностью, секретарь на обороте удостоверения написал время прибытия уполномоченного и дал подписать Алексею.

С поселенным списком Скребнев уселся возле окна. Вынув записную книжку, он старательно принялся вписывать в нее некоторые фамилии. И каждый раз, вписывая, глубоко вздыхал, покачивал головой.

Мужиков разбирало любопытство.