Ладога

Кричать хотелось, упреждать об опасности, а что толку? Кричи не кричи – никто не услышит. Можно бы и случайному человеку о коварном замысле поведать, да только жрец Триглавов позаботится, чтобы никто к темнице и близко не подходил…

Время в застенке медленно тянулось – не то что на воле. Час днем оборачивался, день – месяцем… Сколько тех месяцев прошло… Мне уж казаться стало, что забыл о нас Светозар и Темный сыскал другую жертву своему кровавому богу, когда распахнулась дверь и вошел в нее тот самый кузнец, что наши цепи к крючьям прилаживал. За ним двое молодших дружинников. Темный на сей раз не явился, видать, ждал снаружи, предвкушая удовольствие, щурил безумно горящие глаза…

– Боярин Светозар велел привести пленников. Отклепай их, – велел один из молодших кузнецу. Тот молча принялся за работу. Я заметила его угрюмый, будто подавленный, взгляд и поняла – что-то не так! Лежала на сердце кузнеца неведомая тяжесть, мешала ретивому биться…

Он подошел ко мне, присел на корточки, нащупывая в полутьме кольцо, и вдруг шепнул:

– Кто-то позвал Эрика. Он…

– Поторопись, кузнец! – Молодшему вою нравилось командовать пожилым кряжистым мужиком, годящимся ему в отцы. – Светозар не любит долго ждать!

Кузнец нащупал кольцо, тюкнул молотом по зубилу, и железо звякнуло, распадаясь. Под пристальным взглядом воя он пошел к Лису, не успев досказать. Да и без его подсказок все ясно было. Не лгал Темный про гонца к Эрику, а значит, и остальное не лгал. Лежал где-то со сломанной шеей Светозаров посланник в Ладогу. Только от неловкости ли коня сломалась та шея? И ведь не увидит боярин, не узнает, что приютил в своем доме убийцу…

И тут меня точно громом ударило! Глупец Темный сам себя наказал хвастовством и болтливостью! Все узнает Светозар… И пока нас вели через ослепительно яркий двор и просторные боярские хоромы, я все шептала про себя спасительные слова, будто забыть боялась. Ничего не видела, не слышала, пока не сообразила, что сидит предо мной Светозар. Тогда выплеснула то, что держала так долго, высказала со страхом – вдруг не насторожится боярин, не почует беды?

– Темный убил твоего гонца, Светозар! Потому и нет вестей из Ладоги. Проверь мои слова…

– Погоди. – Боярин сделал знак, и здоровый детинушка из молодших крепко прихватил меня под локти. Я дернулась – не хотела на себе чужие руки терпеть, и тогда лишь разглядела, что вся горница заполнена воями. И Дубовицкими, и пришлыми – Эриковыми. То ли у варяжского ярла вой были постарше, то ли отличались они от наших повадкой, а только, несмотря на одинаковую одежку, я сразу разобрала где чьи. И Эрика узнала, хоть до того ни разу не видела.