Жемчужина Лабуана

Она шагнула вперед, с искаженным лицом, с воздетыми вверх руками, но тут же зашаталась и упала на руки Янеса.

– Умерла!.. Она умерла!.. – отчаянно закричал Тремал Найк.

– Нет, – сказал Сандокан. – Она спасена.

Он приложил руку к груди девушки. Сердце ее билось, слабо, но билось.

– Она без сознания, – сказал он.

– Тогда она действительно спасена, – сказал Янес, осторожно укладывая девушку на мягкое ложе.

– Если бы так!.. – ломая руки, воскликнул Тремал Найк, который боялся в это поверить.

Каммамури вернулся с водой. Сандокан взял из его рук кувшин и, брызнув несколько раз в лицо девушке, подождал, пока она придет в себя. Прошло несколько минут, и с ее губ сорвался глубокий вздох.

– Сейчас она очнется, – сказал Сандокан.

– Я должен остаться здесь? – спросил Тремал Найк, трепеща от волнения.

– Нет, – ответил Сандокан. – Когда она все узнает от нас, мы пошлем за вами.

Индиец бросил на Деву пагоды долгий взгляд и ушел, заглушив рыдание.

– Ты надеешься, Сандокан? – спросил Янес.

– Да, – ответил пират. – Завтра эти двое несчастных смогут соединиться навеки.

– Тише, Янес! Она открывает глаза.

В самом деле, девушка приходила в себя. Она издала второй вздох, более долгий, чем первый, потом открыла глаза, устремив их на Сандокана и Янеса. Ее взгляд был не тот, что прежде, это был взгляд нормального человека.

– Где я? – слабым голосом спросила она, пытаясь встать.

– Среди друзей, сударыня, – ответил Сандокан.

– Но что произошло? – прошептала она. – Я видела сон? Или я еще вижу сон?.. Где я?.. И кто вы?..

– Сударыня, – мягко сказал Сандокан, – будьте спокойны – с вами друзья. Что случилось, вы спрашиваете? Вы были больны, но теперь вы здоровы.

– Больна?.. – воскликнула Дева с удивлением. – Ах да, я помню… Но был же сон… Был страшный сон… Суйод-хан!.. Это ужасно… ужасно!..

Взрыв рыданий заглушил ее голос, обильные слезы покатились из глаз. Ее плечи тряслись, грудь болезненно содрогалась, лицо исказилось таким страданием, что на него было больно смотреть.

– Успокойтесь, сударыня, – сказал Сандокан. – Здесь вам не грозит никакая опасность. Суйод-хана нет здесь, и тугов нет больше. Мы не в Индии, мы на Борнео.

Он дал ей воды. Все еще плача, стуча зубами о края кружки, она с усилием сделала несколько глотков. Это немного успокоило ее, рыдания сделались слабее.

– Ради всего святого, скажите мне, что произошло, и кто вы? – утирая слезы и всхлипывая, проговорила она. – Мне кажется, я просто схожу с ума. Я больше ничего не понимаю.

Это было то, чего ждал Сандокан. Тихим, спокойным тоном он рассказал ей все, что случилось в Индии, потом на Момпрачеме и, наконец, на Борнео. Он описал ей все, что было с ней, все то, чего, будучи лишенной разума, она не видела вокруг себя, не замечала.