Кровавый квартал

Настоящий крик, словно у ребенка в истерике, вырвался из моего рта, когда он снова и снова включал его. Кульминация была так близка, я могла почти почувствовать сладкое блаженство, которое вне досягаемости, что я резко приподняла бедра, пытаясь найти хоть какую-то опору или дополнительную стимуляцию, все тело умоляло меня кончить. В первый час я еще волновалась, что люди видят меня, как животное в зоопарке. Но теперь мне было наплевать. Один человек, сто или тысяча — неважно, лишь бы я могла кончить и облегчить эту пытку. Секс давно выпал из моего списка приоритетов, и я забыла, насколько хорошо это может быть. Конечно, время, проведенное с Сэмом, было недолгим, но я все равно помнила, а сейчас… черт, я готова была продать душу Грейсону, чтобы он уложил меня на барной стойке и трахнул прямо сейчас.

Я потерялась в мыслях, когда вдруг передо мной оказался кто-то, и это был не Грейсон. Подняв глаза, я встретилась взглядом с пьяным мужчиной, которого никогда раньше не видела. Чистая паника сменила все остальное, когда слова Грейсона прозвучали у меня в голове, словно колокол.

— Ну здравствуй, красавица, — пробормотал парень, протягивая руку и хватая меня за грудь. Я сильно прикусила резину кляпа, чтобы не наслаждаться этим прикосновением, но во мне все клокотало, и пытаться усмирить возбуждение было все равно что пытаться укротить ветер. — Черт, малышка, ты чертовски сексуальна. Меня зовут Джон.

— Не трогай меня, блять! — Попыталась сказать я, но получился лишь приглушенный злой стон. Джон снова схватил меня за грудь, на этот раз потянув за полоску ткани, прикрывающую сосок. Я попыталась отстраниться, но он собирался погубить нас обоих.

Мне не нужно было видеть Грейсона, чтобы понять, что он уже приближается. Это ощущалось, как инстинктивное предчувствие опасности. Страх сдавил мне горло, и я не могла дышать, когда Грейсон появился позади пьяного Джона. Он смотрел как убийца. Он превратился в того, кто с радостью утонул бы в крови Джона. Как бабочка выходит из кокона, так и скрытая под маской обольстительного плейбоя сущность Грейсона всплыла на поверхность. Я увидела смерть, танцующую в его голубых глазах.

Слезы текли по моим щекам, и я уже не знала, о чем молить. Трахни меня, убей меня, оставь меня себе — все смешалось в какой-то шаблонной игре.

— Если хочешь остаться живым, то отпустишь танцовщицу и уберешься из моего бара, — голос Грейсона звучал слишком спокойно для того гнева, что отражался на его лице.

— Эй, мужик, я заплачу любую сумму за тридцать минут в ВИП-зоне с этой, — Джон потянулся к стойке, будто собирался ее отодвинуть, но Грейсон схватил его за запястье.