Обольститель и куртизанка

Юноша продолжал сверлить Эрита угрюмым взглядом.

— Вы должны принести извинения не мне, а даме, сэр. Это ее вы оскорбили.

— Вы правы, — покладисто согласился Эрит. Повернувшись к Оливии, он почтительно поклонился. — Прошу прощения, мисс Рейнз. Я забылся и вел себя неучтиво.

Куртизанка милостиво кивнула с величием королевы.

— Я принимаю ваши извинения, милорд.

— Милорд? — ошеломленно переспросил мальчик. Должно быть, он не расслышал имя Эрита, произнесенное Оливией.

По лицу куртизанки пробежала тень недовольства, но Эрит не оставил ей выбора: теперь следовало представить мужчин друг другу. Граф отказался прийти ей на помощь. Он сгорал от любопытства.

— Лорд Эрит, позвольте представить вам моего крестника, Леонидаса Уэнтуорта, — со вздохом произнесла Оливия.

— Мистер Уэнтуорт, — кивнул Эрит, пытаясь припомнить, нет ли у него знакомых с таким именем. Он не знал ни одного Уэнтуорта, но едва ли это имело значение. Происхождение мальчика легко читалось по его лицу. Неудивительно, что Оливия прятала юношу в этой глуши.

— Лео, это… мой друг, граф Эрит.

— Милорд. — Леонидас Уэнтуорт поклонился вежливо, хотя и довольно холодно. Движения юнца отличались природным изяществом, что, конечно же, объяснялось его происхождением. — Я не знаком ни с одним из лондонских друзей мисс Рейнз, если не считать лорда Перегрина.

Эриту понравилась холодная сдержанность, с которой держался мальчишка. Определенно свои принципы он ставил выше возможности завязать близкое знакомство с богатым аристократом.

Но юношеское высокомерие слетело с Лео при виде лошади графа. Стоя позади хозяина, мерин без особого интереса обнюхивал густую траву. Эрит легко угадал восторг мальчишки по тому, как вспыхнули его темные глаза, опушенные густыми ресницами. Такие же точно глаза с ненавистью и презрением смотрели на Эрита в лондонском доме лорда Перегрина.

— Вы не могли бы напоить Бея? Несчастное животное страдает без воды с самого Лондона.

Лицо Лео осветилось улыбкой. Мальчишка был настоящим красавцем.

— С великим удовольствием, сэр. Это испанец? Эрит был приятно удивлен. Юнец разбирался в лошадях.

— Да. Около десяти лет назад я привез несколько андалузских чистокровок для своих конюшен в Селдене, чтобы улучшить породу. Бей — одна из моих первых удач.

Забыв о недавнем гневе, Уэнтуорт с откровенным восхищением принял из рук графа поводья и повел мерина к пруду.

— Вам не следовало пускаться за мной в погоню, — шепотом произнесла Оливия, подступая ближе, хотя мальчик отошел довольно далеко и смог бы расслышать разве что пронзительный крик. Эрит сомневался, что его любовница способна закатить истерику, как бы ни была она рассержена.

— Да, не следовало, — признал он.