Куплю твою жизнь

Пошёл наперекор себе.

С самой первой нашей встречи, когда опустилась перед ним на колени, — он оставил мне денег. Да, подачка, забытая на полу в клубе, но всё же. Затем вытащил меня из лап Айрата, хотя, будучи ему никем, не имела права использовать его имя. Привёл в свой дом, тыкая носом, как нашкодившего котёнка, в то обстоятельство, что деньги не обязательно зарабатывать телом.

Что вообще всё это было? Он почитал Экзюпери и возомнил, что в ответе за меня? Решил, что приручил?

Бросает меня на огромную кровать. Платье задирается, но я даже не пробую вернуть его на место.

Наблюдаю за тем, как он медленно расстёгивает свою рубашку. При этом смотрит на меня так, будто хочет запомнить этот момент, — я на его кровати лежу с раздвинутыми ногами.

Пьяно улыбаюсь, хотя совершенно трезва. С каждой секундой предвкушения мой пульс ускоряется. Медленно вынимает запонки из рукавов, берётся за пряжку ремня. Бугор под брюками очевиден. Я совершенно неприлично пялюсь на него. Не видела члена с нашей последней встречи. Грустила."

"Вытащив ремень из брюк, Сабуров сжимает мою щиколотку и притягивает к себе, так что я скольжу задом по дорогущим простыням. Моя пятка упирается в его гладкий торс. На блестящей, выбритой перед боем грудной клетке видна каждая мышца. Скольжу покрытыми красным лаком пальчиками ног по буграм пресса, испытывая трепет, подобно идолопоклонникам в храме. Какую жертву нужно принести, чтобы он полюбил меня?

— Спорим, я трахну тебя один раз, а потом выкину из головы, — произношу вслух свой самый жуткий, зеркально отражённый страх.

Его ладонь опускается ниже, проделывая путь от щиколотки к икрам. Его действия плавные, сосредоточенные. Мужчина никуда не спешит, словно в его распоряжении вечность. А мне не терпится узнать, что же такое секс. Будет ли больно? Странно, но я предвкушаю её.

Он по-прежнему в брюках. Мне бы хотелось их снять с него. Но я настолько волнуюсь, что меня трясёт. Не хочу, чтобы он заметил.

Опускается согнутыми коленями на постель. Поднимает мои бёдра, и мне ничего не остаётся, как развести их шире, чтобы он оказался прямо между ног.

Добирается до бёдер, проникая под боковую полоску трусиков. Проводит указательным пальцем по эластичной ткани вниз к ластовице. Я содрогаюсь от острых ощущений, от его прикосновений к своей промежности, а он выглядит совершенно спокойным. Таким невозмутимым, будто решает математическую задачу, а мне хочется, чтобы он потерял голову.

Трусики из тонкой кружевной ткани. Странно, покупая их, я думала, понравились ли бы они ему. Когда он прикасается к напряжённой горошинке клитора, спрятанной под трусиками, я вздрагиваю.

— Я у тебя в голове? — спрашивает, изгибая бровь, словно его удивляет этот факт.