Банда Кольки-куна

Лыков изложил помощнику свои открытия и сообщил, что намерен делать. Грек попросился сопроводить шефа. Но тот отказал наотрез:

— Деревня, постоялый двор, все на виду. Как тебя спрятать?

— Я тоже наклею длинную бороду!

— Тоже мне дядька Черномор. Колька тебя запомнил: слишком неосторожно запускал глазенапа в полку. Нет, я пойду один. Не бойся, меня они не тронут."

"И Лыков отправился в Мурино. Точнее, сначала он доехал до Девяткино и уже оттуда двинул пешком в волость. Сыщик тащил на плече геологический бур со сменными насадками, а в холщовой сумке — образцы породы. Вид у него был убедительный.

Село оказалось приличное: крепкие дома, многие крыты железом, на базарной площади новый храм. Постоялых дворов аж четыре, на любой кошелек. Алексей Николаевич зашел к чухонцу в буфет. Там было просторно и накурено. А еще пусто. Только в углу трое мужиков дулись в домино. За стойкой скучал корпусный детина с плутовской физиономией.

— Здравствуйте. Пиво у вас есть? Холодненькое.

— Пиво? Найдем. А не желаете чего покрепче?

Посетитель осмотрел стойку — на ней бутылки отсутствовали. Глянул через плечо на игроков и спросил шепотом:

— А есть?

— Ну, вашество, удивляете. Мурино, оно ведь поблиз столицы. Тут народ балованный. Как же без водки? Пропадем без водки.

— Я рябиновую люблю, — просительно сообщил Лыков.

Трактирщик молча нагнулся, порылся внизу и выставил бутылку рябиновой на коньяке.

— Сколько желаете?

— А… смотря почем.

— Чарка двадцать пять копеек.

— А! Гулять так гулять. Устамши я по болотам вашим таскаться. Давайте сороковку[56] и заесть чего-нибудь.

— Имеются мясные пироги и чухонская колбаса с чесноком. А так у нас буфет не хуже трактира, могу настоящий обед соорудить. Встанет вам в рупь-целковый, а будут там уха из сига, битки, а на сладкое пикули[57]. Но придется час обождать.

— Уф… Соблазнительно, и цена подходящая. Дайте покуда рябиновой… И пирога вон тот кусок. Я у окошка посижу, обеда подожду. А омнибус на Питер когда придет?

— Через два часа. Аккурат покушать успеете.

— Решено.

Трактирщик — это явно был Мишка Брюхатов — плеснул рябиновую в чайный стакан с подстаканником. Пояснил:

— Это ежели урядник зайдет.

— Угу.

— А вы сами, вашество, кто будете? Сверло вон какое большое, никогда таких не видал.

— Я геолог, полезные ископаемые ищу.

— Во как! А разве они тут есть? Тут только пьяницы, прости господи.

— А я торф ищу. Господа одни наняли, хотят деньги вложить.

— Да ну? Торфу у нас…

Мишка в энергичных, но непечатных выражениях дал оценку запасам торфа в волости и во всем уезде.

Лыков взял пирог и настойку, сел к окну, осмотрелся. Грязно, пахнет горелым маслом. Но ему здесь важно другое.