Вот теперь ты пожалеешь, Кулакова!

Неделя была сложной, — выдохнула я, откидываясь на спинку сиденья, — очень сложной.

Он просто кивнул, соглашаясь. В отличие от матери, отец знал, когда надо просто помолчать. Он больше ни о чем не спрашивал вплоть до самого дома, и я была ему за это очень благодарна.

***

«Прости. Мне срочно потребовалось уйти. Еду домой.»

Именно такое сообщение я получил спустя пять минут после того, как Дина ушла якобы попудрить нос.

Зашибись!

Недолго думая, набрал ее номер, но в ответ тишина — абонент не абонент.

Отключилась, нахалка. И как это понимать?

Нормально ведь разговаривали. Я ее ничем не обидел. Или обидел? Вроде никакой глупости не ляпнул, насчет Алки все грамотно объяснил. Да Дина и не похожа на паранойную истеричку, которая, не найдя достойных аргументов, сбегает с поля боя со словами «ой все, я обиделась».

Может у нее дома что-то случилось?

Эта мысль на удивление сильно меня обеспокоила. На столько, что собрался, вызвал такси и поехал к ней. Если действительно что-то стряслось — надо помочь, а если нет, то мне просто до дрожи в руках хочется узнать какого черта она сбежала.

Возле ее дома оказался спустя двадцать минут. Порядком злой, раздраженный, напридумавший кучу разной херни. Эх и получит она у меня, если выяснится, что просто решила смыться, бросив меня на этом тоскливом мероприятии.

Расплатившись с таксистом, выбрался из машины и пошел к ее подъезду, на ходу доставая телефон из кармана.

— Добрый вечер, — галантно поздоровался с пожилой женщиной, выходящей из подъезда. Придержал ей дверь, после чего спокойно зашел внутрь.

Сначала была идея подняться к ней и позвонить в дверь, но потом вспомнил о волшебном семействе. Ее маменька тогда еще еле сдержалась чтобы не покусать меня, а сейчас, наверняка еще хуже станет.

Поэтому умерил свой пыл, остановился на площадке между первым и вторым этажом и снова набрал заветный номер. Пришлось выслушать десяток гудков, прежде чем она ответила сконфуженным голосом.

— Слушаю.

— Нет, дорогая моя, это я тебя слушаю, и очень внимательно.

В трубке раздалось смущенное сопение.

— И? Не слышу ответа? Я ее жду, как дурак, а она хвостом махнула и сбежала.

— Антон, прости. Так получилось, — наконец горестно выдала она, — мне очень жаль, что пришлось так внезапно сбежать.

— А мне-то как жаль.

— Я надеюсь ты не очень расстроился.

— Я? Ни капли. А вот у тебя вполне может появиться повод для расстройств.

— Антон! — протестующий воскликнула Кулакова.

— В общем так, я в твоем подъезде. Жду пять минут. Если сама не спустишься — я поднимусь к тебе. Думаю, твои родители будут очень рады видеть непутевого ПТУшника под своими дверьми на ночь глядя.

— Что? — у нее аж голос пропал, — Где ты? В моем подъезде? А что ты там, то есть тут делаешь?

Вот чудная!

— Тебя жду, Диночка.