Кукла моего отца (СИ)

Действие алкоголя испарилось, а вместе с ним моя смелость. Осталось лишь горькое отчаяние.

– Ты вела себя как шлюха! – заявил с порога муженёк.

– Надеюсь тебе понравилось, – отвечаю я, осознавая, какие последствия будут у моей дерзости. Но я доведена до такого пика, что кажется: а может, пусть?

Он сжимает кулаки, явно сдерживаясь от того, чтобы не влепить мне оплеуху.

А я смотрела на разъярённого, но слабого мужчину и размышляла: обнаружив на мне очередной синяк, поверил бы в мою ложь вновь его сын? И мне хотелось провести эксперимент. Узнать ответ на свой вопрос.

–   Да как ты смеешь! – вижу его нелепый, но праведный гнев. Он замахивается на меня кулаком, и я сжимаюсь, точно дворовая собачонка, которая привыкла, что её может ударить каждый прохожий. Кулак зависает недалеко от моего лица, я даже ощущаю, как Бенджамин трясётся, как его тело вибрирует от злости. Что же его в этот раз сдерживает?

Как-то я стала свидетелем ссоры между Беном и его матерью. Она пыталась донести до него, чтобы он не трогал меня. Что я ни в чём не повинная девчонка. Интересно, что она имела ввиду? Но неужели тогда её слова возымели действие? Я понятия не имела, какие механизмы крутятся в его голове. Да и знать не желала.

Он опустил кулак. И я ждала очередных угроз. Но и их не последовало. А оттого мне стало даже страшнее. Он захлопнул мою дверь и исчез.

Я провалилась в сон, полный кошмаров, и вырвалась из него рано утром. Хотелось сбежать из этого серпентария, и единственным местом, где я могла скрыться, был дом моего отца. Конечно, при желании Бенджамин меня там без труда найдёт.

Сложила в небольшой рюкзак вещи первой необходимости и спустилась вниз. Вокруг разруха, которую активно разбирает домашняя прислуга. Я посмотрела на них извиняющимся взглядом, точно это я во всём виновата. Проследовала к бассейну, чтобы убедиться, что никто не плавает брюхом вверх, и уткнулась носом в Йена.

Кажется, он чертовски пьян. Стоял полуголый, и рядом его жуткий дружок сверлит меня глазами – хоть из кожи вылезай. Похоже, оба всю ночь кутили со своими подружками.

– Айс, и как ты собрался делить её со своим папашей? – обращается к Йену его товарищ, а меня передёргивает от скабрезности этого вопроса. Точно я мясо. Без чувств, без эмоций.

Я перевожу взгляд на Йена. Он смотрит на меня долго. Будто оценивает.

–  Не решил ещё, – он касается большим пальцем моей щеки. Жест почти ласковый, но разительно контрастирует с его словами: – Возможно, папочка не будет против, если я воспользуюсь ей. Я же его наследник. Может быть, она достанется мне, когда он сдохнет.

Я ударила его со всей силы. Но для него мой кулак всё равно что укус комара. Он даже не двинулся.