Крысиная башня

Я же говорил тебе – ты неделю в себя не приходил, мы уж с мамой опасались, что ты не выкарабкаешься... Да нет, нет-нет, мы конечно знали, что ты поправишься, но тебе было очень тяжело. Ты бредил, метался; иногда наоборот застывал на целые часы, так, что приходилось прислушиваться дышишь ли... Серёж. Я, честно говоря, сначала 100% был уверен, что это бред у тебя был, что ты вчера рассказывал так подробно. Ну, накатило... Переиграл в эти свои дебильные компьютерные игры... Сергей попытался что-то возразить, но отец замахал руками, останавливая его: – Нет-нет, ничего не говори! Ты и так вчера слишком много... Меня слушай. Да я и знаю, что ты хочешь сказать: что не играл ты в игры с такими сюжетами, что вообще ‘не твоё это’, но может быть... Может, я подумал, просто мейнстрим... Ну, понимаешь, это как носится в воздухе, и ты впитал; и тебе потому в бреду всё это и привиделось, и связалось так вот связно; ну, говорят, бывает такое... Отчебучивает мозг, когда информации мало, а времени много, вот он её и тусует, тусует, – вот на выходе такие бредни и получаются... Складные, в общем. Серёж, ты молчи давай, не возражай, ты вчера говорил. Да. Я что хотел сказать: я это всё так вот СНАЧАЛА и подумал. И успокоился, типа. А потом чувствую – что-то меня грызёт, грызёт... Сам не пойму что. Уж больно много ты вчера наговорил! А потом... Потом дошло! Отец встал со стула и походил по комнате в волнении. Остановился: – Знаешь... Кое-что из того, что ты рассказал, ты просто знать не мог! А что-то мог, но оно так... переплетено, и так ‘в строку’, что ты просто не смог бы это выдумать, да и не твоё это, и ни одна фантазия на это не ляжет... – от волнения он вдруг начал выражаться невнятно; потом вдруг подшагнул к постели и быстро спросил: – Какой калибр пистолета ТТ? Сразу!! – Семь-шестьдесят две... – Где у него предохранитель – слева или справа?? – Нету... Нету предохранителя, есть предохранительный взвод... – Насечка на кожухе-затворе твоего ТТ-шника была какая – прямая или наклонная?? Сергей на секунду прикрыл глаза, как во что-то, видное ему одному, всматриваясь, и медленно ответил: – Прямая... – Год выпуска? Сразу!! – Тридцать третий... Склонившийся над ним отец как будто обмяк лицом, зацепил ногой за ножку стул, подтянул к себе, поправил, сел. Помолчал и переспросил: – Ну, сколько патронов в магазине, я думаю, спрашивать... – Восемь... – При неполной разборке ствол снимается? Или?.. – Вынимается, да... – Когда ты его последний раз в руках держал, разбирал? – Стрелял когда... В этого, в шлеме. Там, в подъезде... А он в меня – из автомата... Я попал, он – нет... Разбирал – когда чистил... Дней пять назад, я не помню... Отец толчком встал, так, что стул чуть не отлетел назад, и чуть не упал; придержал его за спинку, походил по комнате и вновь сел: – Понимаешь, старик, в чём косяк...