Четвертое крыло

Я ненавидела реакцию своего тела на него, но не могла ее отрицать. Да уж. Его привлекательность была охуительно неудобной для меня.

— Ты манипулировал Молотьбой. — Руки Даина соскользнули с моих плеч, и он повернулся лицом к нашему командиру.

Линия его плеч стала невозможно жесткой и прямой, когда он встал между мной и Ксейденом.

Проклятье, какое громкое обвинение.

— Даин, это… — Твоя паранойя.

Я шагнула из-за его спины. Если бы Ксейден собирался убить меня, он не стал бы тянуть так долго. У него были все возможности, и все же я все еще стояла здесь. Связанная. С парой его драконицы. Ксейден не собирался меня убивать. Осознание этого заставило мою грудь болезненно сжаться, заставило меня пересмотреть все, что произошло на той поляне, заставило землю просто уйти из-под ног.

— Это официальное обвинение? — Ксейден презрительно смотрел на Даина как на досадную помеху.

— Ты сделал это? — требовательно спросил тот.

— Что именно я сделал? — Ксейден выгнул темную бровь и бросил на Даина взгляд, от которого более слабый человек просто растекся бы бледной лужей. — Увидел ли я, что она в меньшинстве и уже ранена? Подумал ли я, что ее храбрость столь же восхитительна, сколь и охренительно безрассудна? — Он перевел взгляд на меня, и меня словно электрическим разрядом прошило — от макушки до пальцев на ногах.

— И я бы сделала это снова. — Я вздернула подбородок."

"— Да-я-блядь-знаю! — зарычал Ксейден, теряя самообладание, — кажется, впервые с тех пор, как мы встретились на парапете.

Я быстро втянула воздух, и Ксейден сделал то же самое, как будто он был так же потрясен собственной вспышкой, как и я.

— Видел ли я, как она отбивалась от трех кадетов, каждый из которых вдвое больше нее? — Его взгляд вернулся к Даину. — Ответ на все эти вопросы — да. Но ты задал неправильный вопрос, Аэтос. Ты должен спросить, видела ли это Сгаэль. Вместе со мной.

Даин сглотнул и отвел взгляд, явно переосмысливая свою позицию.

— Она позвала пару, — прошептала я.

Сгаэль позвала Тэйрна.

— Она не любит, когда задирают слабых, — сказал мне Ксейден. — Но не принимай это за проявление доброты по отношению к тебе. Она просто любит маленького дракончика. К сожалению, Тэйрн выбрал тебя сам.

— Проклятье, — пробормотал Даин.

— Один в один мои мысли. — Ксейден качнул головой в сторону Даина. — Сорренгейл — последний человек на континенте, которого я хотел бы приковать к себе. Так что я ничего не делал.

Ай. Мне потребовалась вся сила воли, чтобы не потянуться к груди и не убедиться, что он только что не вырвал мое сердце из клетки ребер… Это не поддавалось никакой логике, поскольку я чувствовала к нему то же самое. Он — сын великого предателя. Его отец принес смерть Бреннану.