Вкус крови

Там, конечно, будут и переломы, и ушибы, но не они сыграли роковую роль. От раздробленной руки не умирают, по крайней мере сразу. Тем более контейнер был пустой. Но зажал он его основательно, сам мальчишка вылезти не смог. Другие, может, пытались сдвинуть контейнер, может, нет, черт их знает. Ну а пролежи так без движения на морозе часиков десять…

– Значит, бросили его, сволочи, – процедил сквозь зубы Дмитрий.

– Вряд ли они могли ему помочь, – вмещался в разговор криминалист Дикуша.

– Вдвоем, даже Втроем эту махину не подвинешь.

– Не знаю, – покачал головой Самарин, – могли бы попытаться.

– Ну, видишь… – продолжал Дикуша, – – у них же товар на руках. А тут мало ли чего, может, охрана спугнула.

– Тем более для них такие мальчишки – не люди, – продолжал судмедэксперт.

– Пока нужен – кормят, не нужен – выбросят. А ему куда податься… Да уж, – он оглядел скрюченное тело Мити, – истощение второй степени. Кормить даже толком не кормили.

Самарин молчал. Происшедшее потрясло его. Вроде не первый год работает…

Приходилось видеть и трупы, и горе, и трагедии. Что уж такого – смерть бездомного мальчишки?

Он снова прислушался к тому, что говорил Попов:

– Знаешь, чем отличается наша любимая родина от Запада? Тем, что у нас все дни – критические. А потому белого не носить, узкого не надевать и не танцевать!

– Чего-то я тебя не понял, – проворчал Самарин, которого Санька впервые в жизни начал раздражать. Было не время травить анекдоты. – Когда будут готовы результаты экспертизы, позвонишь, хорошо?

Он сунул озябшие руки в карманы и пошел прочь. У платформы еще продолжали работать криминалисты, а Дмитрий большими шагами удалялся в сторону отделения.

Он не стал ждать попутного электровоза. Несмотря на холод, хотелось пройтись одному. Вечные шутки Попова, отстраненные замечания Виктора Дикуши – ничего этого не хотелось слушать. Только не сегодня.

«А как же новая жизнь?» – напомнил внутренний голос.

– Да какая там новая жизнь! – вслух ответил Дмитрий. – Пусть она у Жеброва начинается. Вернее, продолжается! Интересно, он хоть чуть пожалел этого мальчишку? Наверно, тут же забыл о нем.

Самарин ошибался. Капитан Жебров не забыл про мальчика, успел найти в картотеке его данные, позвонил в ГУВД, в Клин и по всем правилам подготовил докладную записку.

«Шебалин Дмитрии Николаевич, 1984 года рождения, г. Клин Московской области. Мать: Шебалина Виктория Петровна, кассир в магазине, отчим – Зимин Александр Олегович, неработающий, состоит на учете в психдиспансере (тяжелое нервное расстройство, полученное в результате контузии во время прохождения срочной службы в составе ограниченного контингента войск в Афганистане). В первый раз сбежал из дома в июне 1996 года и был снят с товарного поезда в районе станции Шапки.