Вкус крови

А то и насмерть задавить может. Вот как этого.

Наконец тело освободили. Оно было маленьким и худосочным. Самарин вместе с Полищуком отодрали его от пола платформы. Дмитрий перевернул его – лицо не пострадало. Он посмотрел и увидел то, чего боялся с того самого момента, когда обнаружил зажатого контейнером человека.

Прямо перед ним лежал Митя Шебалин.

– Оставайтесь на местах, – бросил Самарин постовым, спрыгнув с платформы вниз. – Тут труп. Надо вызвать следственную бригаду.

Дмитрий едва помнил, как добрался до отделения. Больше всего сейчас ему хотелось посмотреть в глаза Тольке Жеброву. Значит, «сделал ноги», «пустился в бега»… А он лежит тут, раздавленный сдвинувшимся контейнером.

Как нарочно, капитан Жебров вышел навстречу. Он стоял в дежурке, когда туда ворвался Самарин.

– За тобой что, с собаками гонятся? – весело поинтересовался он. – Ну и видок у тебя!

– Пока гонятся не за мной, – ответил Дмитрий, – след не взяли. Я как раз к тебе. Помнишь, мальчишка у тебя сидел задержанный? Я еще спрашивал, не он ли жил у Гринько, у путевого обходчика?

Жебров наморщил лоб:

– А? Да-да. Я же говорил – сбежал, гаденыш. Пока я документы на него готовил, он возьми и вылези через окно.

– Ты же сам их без присмотра оставлял, – напомнил Дмитрий.

– Вот пока оставлял, не сбегали, – улыбнулся Жебров. – А как стал их караулить, сделали ноги. Такова человеческая натура. Все надо сделать наперекор. Говоришь «останься» – убежит, станешь выгонять – уходить не захочет.

Трудные подростки – это целая наука.

– Короче. Нашелся этот Митька.

– Да? И где же?

– На сортировке – его придавило контейнером.

– Не понял? – Жебров вопросительно смотрел на Дмитрия. – Насмерть, что ли?

– Вполне насмерть, – холодно кивнул Самарин. – Грабил он этот контейнер: успел открыть, вынуть товар и передать тем, кто ждал внизу, а потом платформа дернулась, контейнер поехал и… Ты в этой смерти тоже виноват. Жебров.

– Я? – Капитан был оскорблен. – Я-то почему? Да, однажды оставил его одного, так ведь тогда ничего не случилось. А потом он у меня из запертой детской комнаты удрал.

– Ладно, – махнул рукой Дмитрий, – не до того сейчас."

"В составе следственной бригады приехал и Санька Попов. Впервые Дмитрию было тяжело его видеть. Хотелось спросить, давно ли он знаком с женщиной, с которой выходил из дома по 2-й линии Васильевского острова. Но Дмитрий знал, что никогда в жизни не спросит ничего подобного.

– Так, – Санька только покачивал головой, осматривая превратившееся в камень скрюченное тело Мити, – сделать заключение о повреждениях пока невозможно, как ты понимаешь. Это потом, когда тело «оттает». Но одно могу сказать – смерть наступила в результате переохлаждения.