Кочевая кровь

Стоит ли посвящать Наталью в события последних дней или отсидеться в стороне? С одной стороны, это подлость – держать ее в неведении, а с другой – зачем к беременной женщине раньше времени лезть с дурными известиями?

В кабинете громко, на всю Вселенную, зазвонил телефон. Я в ужасе уставился на него: «А если это Наташка? Что я ей буду объяснять?»

– Меня нет, я на выезде, – сказал я первое, что пришло на ум.

Трубку поднял Горбунов. Представился, с улыбкой выслушал собеседника.

– Андрей, тебя Малышев вызывает.

Никогда еще с такой радостью я не шел к начальнику: уж лучше любой разнос от Малышева, чем объяснения с Натальей! Я лучше выговор приму с благодарностью, чем от нее услышу: «Вот я влипла!»

Начальник милиции, заслушивая мой доклад, никак не мог понять, чему я радуюсь.

– Тебе не сильно в прошлый раз по голове перепало? – спросил он. – Что-то ты стал улыбаться там, где не надо. Сходи к врачу, проверься.

– Николай Алексеевич, каюсь, вспомнил забавный момент и не уследил за собой, повеселел на ровном месте.

– Мне из отдела кадров доложили, что у тебя Меркушин заболел. Что с ним?

– Радикулит, болезнь века.

– Не вовремя он болеть надумал! – нахмурился Малышев. – У нас людей не хватает, а у него какой-то радикулит проклюнулся. Сколько ему лет? Тридцать? Рановато спиной маяться.

Малышев закурил, протянул мне листок с адресом.

– У нас в городе живет некто Погудин, ученый-социолог, специалист по малочисленным народам Средней Азии. Съезди к нему, проконсультируйся, может, что-то стоящее узнаешь о люли. Как-то нам надо к ним подход искать. Но учти, говорят, что этот Погудин – резкий тип, чуть что не так, по матушке послать может. У него покровители в самой Москве есть, его научные статьи в журнале «Коммунист» печатают.

– Как зовут Погудина? – заинтересовался я. – Алексей Ермолаевич? Меня он не пошлет, у меня есть к нему письмо от женщины. Почитает, подобреет, вспомнит общих знакомых, тут я его за жабры и возьму.

Глава 18. Окно в параллельный мир

Социолог Погудин согласился принять меня в своем рабочем кабинете на улице Правды в центре города. Под кабинет горисполком выделил Погудину трехкомнатную квартиру в жилом доме на первом этаже.

В назначенный час я позвонил в дверь. Открыла Светлана Клементьева.

– Здравствуйте. Я к Алексею Ермолаевичу, – официальным тоном произнес я.

– Проходите, – не менее официально ответила Светлана. – Алексей Ермолаевич примет вас через десять минут.

Ожидать аудиенции мне предложили в небольшой комнате рядом с кухней. Показав мне на узкий гостевой диван, Клементьева заняла место за столом и стала что-то записывать в толстую тетрадь. Одета она была в деловом стиле: строгая темная юбка ниже колен, белая блузка. На лице никакой косметики, волосы собраны в пучок.