Королевская кровь. Книга 3

А если привить им в младенчестве слепок с ауры сильного мага? Да, ребенок потеряет часть своей индивидуальности, его характер, скорее всего, будет неустойчив, зато он будет обладать нужной обществу силой. Жаль, — вздохнул маг сокрушенно, — что исследования на детях запрещены. Вот, приходится оттачивать на животных.

Он хлопнул Ласточку по крупу, и та поскакала к остальному зверинцу.

— Вы потрясены, ваша светлость? — Черныш поглядел на него, чуть склонив голову, и стал похож при этом на большого черного ворона.

— Мне сложно это принять, — признался Люк. — Я склонен думать, что боги мудры и посылают нам столько силы, сколько необходимо.

— Боги, — усмехнулся Черныш. — Богам нет до нас дела, Дармоншир, поверьте моему опыту. У них свои, божественные, проблемы, которые, к сожалению, прямо отражаются на мире. Они вмешиваются крайне редко, фактически переложив ответственность за мир на людей. Ваш дед, кстати, понимал необходимость этих исследований.

— Он распорядился, чтобы я не лишал вас поддержки, — успокоил его Люк. — Благодарю за лекцию, профессор. Мне пора.

— Рад был увидеть вас в добром здравии, — задумчиво сказал маг. — До свидания, ваша светлость.

Вечером Люк стойко перенес встречу со столичными следователями, общение с начальником управления госбезопасности Розенфордом, заверившим его, что все усилия по поиску заказчиков будут предприняты. Отстоял прием и знакомство еще с двумя сотнями людей — аристократами, мэрами городков, высокими чинами герцогства. А в пятницу утром с облегчением сел в свою «Колибри» и помчался обратно в Лаунвайт. Впереди был Серебряный бал.

Глава 21

Марина, пятница— Девочка моя, — смешливо сказал мне Мартин с типично мужским превосходством, когда я позвонила ему в четверг, во время обеденного перерыва, — прекрати паниковать. Ты восхитительно выглядишь даже с температурой и опухшим носом, а, поверь мне, редким женщинам это дано. В конце концов наколдую тебе иллюзию, это будет даже пикантно.

— Пикантно будет, когда иллюзия слетит, и я окажусь в белье посреди зала, — отрезала я язвительно. — Вообще ты должен сейчас каяться, что так поздно сообщил, и уверять меня, что все будет хорошо. Открою тебе страшный женский секрет, — добавила я наставительно, — одежда — наш щит и наше оружие, а ты заставил меня выбирать ее второпях.

— Все будет хорошо, — повторил он с интонациями доброго терпеливого психотерапевта. — Что бы ты ни выбрала, уверен, это будет убийственней боевого листолета. А если ты сейчас не прекратишь, я начну обсуждать с тобой фасон своего жилета. Выдохни. Еще раз, принцесса.

Я злобно пыхтела в трубку, он посмеивался, ехидная Марина внутри меня и вовсе умирала со смеху, глядя, как я переживаю из-за какого-то платья.