Королевская кровь. Книга 3

— Они ведут себя как коты, — удивленно произнес Люк.

— Совершенно верно, — раздался сзади низкий, тяжелый голос. — Ласточка, иди сюда!

Люк обернулся — к ограде подходил пожилой, высокий человек в белом халате, с хищным лицом, кивнул герцогу, постучал по деревянной перекладине — и черненькая кобылка подскочила к нему, подставила загривок и захрипела от поглаживаний.

— Это она так… мурлычет, надеюсь? — вообще, это было больше похоже на агонию, но Люк решил уточнить.

— Данзан Оюнович, — вмешался директор, — позвольте представить, его светлость Лукас Дармоншир.

Его светлость хмыкнул — этикет был нарушен вопиюще, потому что ему должны были представлять, а не его.

— Я знаю, — маг улыбнулся тонкими губами, — вы можете идти, господин Ранти, я сам все покажу герцогу.

Директор, не став спорить — и сразу стало понятно, кто тут главный, — удалился.

— Мы были дружны с вашим дедом, — сказал Черныш Люку, — удивительной силы был человек. И понимал необходимость двигать магическую науку вперед. Собственно, без него у меня не было бы столь превосходно оборудованного места работы.

— Я вас не помню, — с сожалением признался Люк, осторожно кладя руку на круп похрипывающей кобылке.

— Зато я вас помню, — маг с интересом оглядывал его, и герцог почувствовал себя подопытным животным, — вы были совсем крошечным, крикливым и умещались у матери на локте. Да, сколько же лет прошло? Тридцать? Сорок?

— Тридцать пять, полагаю, — ответил Люк. Кобылка изогнулась, начала тереться об ограду. — Как это возможно? Чтобы она вела себя как кошка?

— Это последствия моих не самых этичных опытов с аурой, ваша светлость, — легко ответил Черныш. — По сути, аура — это то, что отличает живое от неживого. Аура — энергетический сосуд, в котором отражаются свойства существа. Каждому человеку, каждому живому организму свойственен свой рисунок. Изменить ее невозможно, это общее положение. Но можно… как бы доступнее…

На «доступнее» Люк не обиделся — ему было интересно.

— Можно сделать слепок ауры другого существа и наложить его на ауру подопытного. Замаскировать, наверное, так понятнее будет. Тогда тигр будет воспринимать ягненка с изменённой аурой как своего тигренка. А ягненок, в свою очередь, будет ощущать себя тигром. Потому что не только тело воздействует на ауру, верно и обратное. Но тут уже дело этики — подобные животные не являются ни полноценными тиграми, ни овцами. Можно сказать, они приобретают шизофрению.

— Но зачем? — спросил Люк и с сочувствием глянул на кошколошадь."

"— Наука не терпит сентиментальности, ваша светлость. Вы знаете, как мало у нас рождается детей с магическим даром. И даже среди тех, кто обладает им, по-настоящему способных освоить основной курс магии — жалкие сотни.