Кровь и чернила

Большая часть платила в казначейство векселями и даже не знало, что происходит за закрытыми воротами большого зала приемов.

Второй причиной, по которой церемония до сих пор существовало, стало возведенное в ранг Абсолюта тщеславие. Особым шиком было принести в зал приема столько даров, сколько в нем уже лежит.

В этот день все данники могли поговорить с императором на прямую. В этот день меняли владельцев целые провинции.

Иногда, правда, с пира кое-кто отправлялись на плаху, но и это тоже было частью традиции.

А еще через несколько дней после дня уплаты налогов проходило ежегодное дворянское собрание. Различались эти события точно так же, как и времена, в которые они зародились. А разделяло их почти две тысячи лет.

В целом, двор жил очень нескучно. Империя пила кровь своих подданных как воду, а многие чиновники работали на своих должностях и после смерти. При чем, если человек при жизни работал хорошо, во смерти ему оставляли волю. И платили зарплату. А если работал плохо, то…

Этот мир так не узнал философского учения о любви и прощении. Получилось мрачновато, но тоже не плохо. Особенно для места, где человек отнюдь не вершина пищевой цепочки.

Но вернемся в зал приемов.

Герцог Штормхолл был на особом счету в империи. Человек способный организовать бесследное исчезновение целой правящей династии в соседнем, пусть и небольшом государстве, и в одиночку разграбивший указанную страну, а потом до кучи и заработавший на военных контрактах, ссуду на которые сам и организовал (разумеется, деньги давал еще один ограбленный банк), был в империи на особмо счету.

И потому шел последним.

— Кристофер! Безмерно рад нашей встрече. — Тон императора намекал на приятельские отношения.

Его императорское величество, Виктор Седьмой, расслабленно сидел на троне, закинув ногу на подлокотник. Тяжелая корона и императорские регалии лежали рядом, на бархатных подушках, что располагались на мраморных тумбах. Голову самодержца украшал тонких золотой ободок с крупными сапфирами.

— Взаимно, мой лорд, даю слово, эта встреча вам запомнится на долго! — Штормхолл коротко поклонился. Одной из его привилегий была возможность обращаться к императору не по протоколу.

За спиной герцога стоял Ричард Гринривер. Молодой человек был облачен в костюм в фамильных цветах. Он тяжело опирался на костяную трость. Права говорить у него не было. И вообще по протоколу быть тут он не должен был. Но сэру Кристоферу много дозволялось.

— Смотрю, вы решили взять под крыло юного Гринривера? — император улыбнулся. — Мне докладывали, что молодой человек достаточно перспективен. И не слишком щепетилен.

— О да, молодой человек действительно заслуживает всяческого поощрения и с возрастом станет выдающимся человеком. Будет достойная смена.