Кровь и чернила

 — И имя им: Смерть, Беспомощность и Предательство!

На каждой фразе герцог ломал по одной палочке.

Когда сломалась первая палочка у всех, кто был в зале, за исключением Гринривера, Штормхолла и Императора, а это два десятка гвардейцев и несколько писарей, осыпались грудами раскалённого пепла.

Вторая палочка выжгла всю магию. С тихим звоном осыпались магические светильники На пальцах Штормхолла и императора растрескались и осыпались крошкой артефакты. Сразу воцарился полумрак.

И с последней палочкой мир за пределами зала остановился. На это намекала застывшая за окном птица.

А в руках графа появился небольшой револьвер.

— Как вам дары, мой лорд? Вы счастливы? Вы поражены? — В голосе Штормхолла прозвучала издевка.

Сам тоже изменился. Свободную руку мужчина прижал ко лбу и с противных хрустом сорвал с лица маску. На пол упал кусок кожи, содранной с чьего-то лица.

Под маской обнаружилось другое лицо, совершенно не похожее на то, что было раньше.

Вытянутое, с тонкими чертами и большой залысиной. Лишь глаза остались те же, яркие и злые.

На лице императора отразилось смятение. Он сморщил лоб, и сложил ладони в какой-то странный жест. Словно хотел материализовать невербальную форму магии. Но магия не отзывалась. Внутренний огонь в душе властителя людей пропал. Императору первый раз в жизни стало холодно.

— Кто вы? — Виктор обрел дар речи далеко не сразу. Все это время тот, кто раньше был герцогом Штормхолом терпеливо ждал, не сводя дула револьвера с мужчины.

— Разрешите представиться, Даниэль Грохэм, архимаг иллюзий. — Незнакомец вежливо расклянялся.

— А герцог Штормхолл? — Уточнил император, возвращая маску спокойствия на лицо. Он с подозрением смотрел на кусок кожи у ног визитера.

— О, вы все верно поняли. Это было его лицо. — архимаг проследил направление взгляда собеседника. — Герцог мертв, уже пять лет. А я занял его место.

— И разумеется, вы все расскажете? — то что появилось на лице императора не слишком походило на улыбку.

— Да, разумеется. Понимаете, я уже шесть десятков лет живу чужими жизнями. И только в такие моменты я могу хоть с кем-то поговорить откровенно. — Даниэль смущенно улыбнулся.

— Ричард Гринривер! Взываю к вашей клятве! — В голосе императора прозвучало отчаяние. Непривычно молчаливый Гринривер бросил на императора невидящий взгляд, и снова уставился в пустоту, тяжело опираясь на трость.

— Увы, он вам не поможет. Артефакт сжигает всю внешнюю магию, но не затрагивает заклинания, действие которых началось внутри человеческого тела. Так что Ричард сейчас смотрит удивительный сон. Но пока не будем о нем. Свою роль он сыграет позже. — Объяснил происходящее архимаг. Вы должны услышать всю историю, перед тем как умрете.