Криминальная история России. 1995 – 2001. Курганские. Ореховские. Паша Цируль

Вы – фигура достаточно авторитетная и влиятельная в криминальном мире, поэтому от вашего слова и знака будет зависеть спокойствие в нашей тюрьме.

Заключенные, принадлежащие к вашей масти, – полковник намекал на принадлежность Паши к ворам в законе, – иногда провоцируют беспорядки в следственном изоляторе. – Полковник явно имел в виду последние волнения, связанные с голодовкой и бунтом по указке влиятельного вора Якутенка, прошедшие у них в тюрьме три или четыре месяца назад. – Мы, руководство и сотрудники следственного изолятора, в ваших конфликтах с уголовным розыском не участвуем, а выполняем только свои служебные обязанности. А они заключаются в том, что мы вас охраняем, так сказать, выполняем лишь функции сторожей. Вы поняли меня, Павел Васильевич?

– Да, я понял тебя, – неожиданно перешел на «ты» Паша. – Претензий к тебе и к твоим вертухаям я пока не имею.

– Ну вот и хорошо, – улыбнулся полковник. – Значит, мы направляем вас на спец, где содержится ваш брат – законник, и надеемся, что вы по крайней мере не будете злостно нарушать тюремный режим и провоцировать беспорядки. Ну а если будут какие-нибудь вопросы, я разрешаю вам через корпусного обращаться напрямую ко мне. Я постараюсь решить все, что в моих силах. В пределах, – поправился, – своих служебных полномочий.

– Полковник, – перебил его Паша, – чисто по-человечески я понимаю, в натуре, твое беспокойство – мол, заехал такой вор в законе, рецидивист, неоднократно судимый Паша Цируль, как сейчас замутит тебе и все, пиши пропало, начнется головная боль… Я понимаю, полковник, к чему ты клонишь. Что скажу – жизнь покажет, кто и как прав. Я старый и больной человек. И если твои вертухаи меня напрягать не будут, все у нас с тобой сложится нормально. Единственное, о чем хочу попросить, – дай возможность жене позвонить и сказать, где я и как.

Полковник посмотрел на него и почему-то оглянулся по сторонам, хотя прекрасно знал, что в кабинете никого, кроме них с Цирулем, нет.

– Позвонить жене? А что ей хотите сказать?

– Да хотя бы, что я, в натуре, на Бутырке, у тебя, у кума, отдыхаю.

– Это можно, – сказал полковник. – Какой номер телефона?

– А что, в деле нету? – спросил Паша, намекая на то, что тюремное личное дело уже лежит на столе полковника.

Полковник открыл первый лист.

– Тут написано, что вы бомж – без определенного места жительства.

– Правильно. Мы, законники, должны быть бомжами.

– Хотя, говорят, у вас шикарнейший коттедж в ближнем Подмосковье, на берегу какого-то водохранилища, – заметил полковник.

– Был коттедж, да менты взорвали ваши поганые.

– Ладно. Какой номер телефона? Этот? – И полковник назвал номер, записанный в личном деле.

– Значит, так, Павел Васильевич, я надеюсь на вашу порядочность и благоразумие.