Крик болотной птицы

Расчет здесь был на то, что немцы, всполошившись, обязательно захотят подавить партизанскую активность. Но поскольку сил у них не хватает да и приноровиться к партизанской тактике они никак не могут, то, скорее всего, они бросят в бой карателей из числа заключенных. А дальше — все понятно. Пароль и отзыв на него известны и карателям, и партизанам…"

"Это что касалось новоиспеченных карателей. Что же касаемо диверсантов, то тут логика была совсем другая. Ни Старикову, ни Лысухину не было известно, когда именно подготовленные группы диверсантов будут заброшены в советский тыл. И повлиять на заброску смершевцы никак не могли. Впрочем, одно было ясно: чем быстрее диверсанты освоят диверсантскую науку, тем быстрее они окажутся в советском тылу…

* * *— Господин гауптман! — Полковник Вайскопф смерил злобным взглядом стоящего перед ним навытяжку Ауга. — Известно ли вам, что в последнее время партизаны значительно активизировали свои действия? Вот не угодно ли: минувшей ночью был совершен успешный налет на наш передовой пост в одном из поселений недалеко от города. Повторяю — успешный налет! Пост вместе с укреплениями и живой силой практически уничтожен! До этого был уничтожен склад с горючим. Наш склад с нашим горючим, господин гауптман! Более того — минувшей ночью непосредственно в городе были подожжены казармы с расквартированными в них полицейскими. Погибли более десятка полицейских. Наших полицейских, господин гауптман! Скорее всего, это сделали местные подпольщики, которые связаны с партизанами! Но и это еще не все. Еще партизаны активизировали свои действия и в других местах. Там, знаете ли, также причинен немалый ущерб германской армии!

Всю эту тираду полковник произносил гневным, громким голосом, а потому скоро выдохся. Отдышавшись, он продолжил речь, но уже совсем другим голосом, в котором слышались и усталость, и угроза в адрес гауптмана, и глухое отчаянье, и много чего еще:

— И что вы предприняли в ответ на все это? Ведь вы же что-то предприняли, не так ли?

— Так точно! — ответил гауптман Ауг. — Мы предприняли атаку на партизанский лагерь!

— Ну и каковы успехи? — ядовито спросил полковник. — Как обычно? Партизаны, как я понимаю, опять скрылись в болотах… Я прав?

— У нас не хватает людей, чтобы перекрыть все подходы к болотам, — ответил гауптман Ауг. — Об этом я вам неоднократно докладывал. И преследовать их в болотах мы тоже не можем. О чем я вам также сообщал.

— То есть партизаны могут путешествовать по болотам, как по парижским тротуарам, а ваши люди в тех болотах тонут? — Ядовитости полковника, казалось, не было предела.

— Партизаны — уроженцы здешних краев, — уныло произнес Ауг. — А мои люди…

— Да-да, я слышал! — раздраженно перебил Ауга полковник.