Крестоносец

И с тех пор вел с переменным успехом борьбу с османами. При этом к 1557 году он уже успел рассорить со своими соседями и остался по сути один на один с османами, с огромным трудом сдерживая их. От него отвернулись все старые союзники.

В этих условиях его и позвали повстанцы Трапезунда, чтобы возглавить их. Он ведь был старым и хорошо известным борцом с османами. Которые даже наносил им поражения.

И все вокруг это знали.

Равно как и то, что за ним стоит только его маленькое княжество, что позволяло сделать его удобной фигурой на шахматной доспех возрожденного государства. Тем более, что большая часть войска князя Гурии вынуждена была остаться в своих коренных землях, чтобы удерживать их и контролировать…

Бойцы же тем временем построились и, повинуясь приказу Андрея, двинулись вперед. Торжественным шествием. Парадом, то есть. Под музыку и с песней на устах.

Впереди шел князь с парой личных телохранителей.

За ним – воин в добрых доспехах и накинутой поверх волчьей шкуре. С головой, укрепленной поверх шлема. Точнее верхней частью головы. Этот человек нес знамя легиона.

Именно легиона…

Планирую эту операцию, Андрей решил спекулировать на новом образе. Ложка хороша к обеду. В 1557 году ему требовались викинги. В этом же деле викинги не выглядели хорошим решением. Поэтому он вытащил из чулана истории другой антураж и постарался использовать его для своих целей.

Викинги, легионеры, фалангиты… да хоть adeptus astartes Бога-Императора! Он был готов использовать тот образ для пиара, который требовали обстоятельства. Даже если содержимое не имело никакого отношения к реальности.

Поэтому этот боец, что шел следом за Андреем и его двумя личными телохранителями, нес знамя поверх которого торчала маленькая золотая птичка. Орел. Небольшой, но узнаваемый. И не двухголовый мутант, а классический римский орел, раскинувший крылья в попытке взлететь. А на самом знамени, кроме белой головы оскалившегося волка красовалась надпись: «LEG.VI FERRATA».

Этот легион создавался еще Цезарем для завоевания Галлии, но сгинул в Леванте в IV веке. И основное время он служил как раз на востоке[6]. Поэтому лучше кандидата на возрождения Андрей не смог найти. Тем более, что у него в кармане имелся и гимн для него, который он слепил как мозаику из фрагментов и вариантов знаменитой песни археологов «Орел шестого легиона»:

… Все так же горд он и беспечен,И дух его неукротим!Легионер вообще не вечен,Легионер вообще не вечен,Но слава Богу вечен Рим!Орали бойцы, чеканя шаг и держа строгое равнение в колонне по четыре. Скоморохи, играли музыку. А жители и гости Трапезунда смотрели на этих воинов в предельно единообразном снаряжении, на красных щитах которых красовались хризмы. И на орла.

О да!

Эта маленькая фигурка буквально приковала внимание всех.