Крестоносец

– И я рад приветствовать возрождение славной династии! Новость о том, что над Трапезундом вновь развевается знамя Комнинов стало бальзамом для моего сердца, – как можно более искренне произнес Андрей, которому, на самом деле было плевать.

Обмен любезностями продолжился.

Ложь.

Одна сплошная ложь.

Все это понимали. Но продолжали игру, прощупывая реальные интересы и возможности манипуляций.

Добрые полчаса Андрей и Андроник с вежливыми улыбками пытались повесить друг другу на ушли лапшу. Самую разную. Общаясь они на койне – аристократическом варианте среднегреческого языка. Потому как князь Антиохии, готовясь к этому походу, сумел его подтянуть до довольно приличного уровня, упражняясь ежедневно. И к весне 1559 года общался на нем даже лучше, чем бывший князь Гурии, для которого этот язык также не являлся родным.

Лесть и пустые восхваления с попыткой использовать партнера в своих целях… а потом выбросить на помойку или скормить врагам, дабы не платить по счетам.

Что может быть лучше?

У князя Антиохии зубы сводило от одной мысли о всем этом дерьме. Однако обстоятельства складывались так, что ему приходилось во всем этом участвовать. А вот его собеседник, судя по всему, не испытывал неудобств, привыкший к подобному формату ведению дел…

Пока они болтали подошла к причалам вторая галера и ушкуи.

«Припарковались».

И спешно выгрузились."

"Не целиком, а только высадив бойцов, что высыпали на причал. И всем своим видом немало напрягли новоявленного Комнина и кое-кого из его окружения. Но далеко не всех. Потому как они также играли в эту большую, но сложную игру и преследовали свои цели. И только свои. Пытаясь найти себе место теплее, вкуснее и безопаснее во всей этой Смуте.

– Не нравится мне это, – тихо произнес Андроник.

– Что именно, о Великий? – с трудом сдерживая усмешку, поинтересовался один из «отцов города», возглавивший антиосманский мятеж.

– Я не контролирую эта войска.

– И что? – с трудом сдерживая сарказм поинтересовался его собеседник.

– Они могут в любой момент захватить или уничтожить город. Как Константинополь.

– Зачем?

– Что зачем?

– Зачем Андреасу это делать?

– Чтобы захватить Трапезунд.

– А зачем ему захватывать Трапезунд?

– Ну…

Собеседник явно играл со своим формальным сюзереном. Но он мог себе это позволить. Потому что держал в своих руках многие нити реальной власти. Ведь Ростом Гуриели, то есть, Андроник IV Комнин был приглашен именно им. И не для того, чтобы по-настоящему править, а дабы стать знаменем их восстания.

Сам бы Ростом вряд ли решился на эту авантюру. У него попросту не было такого количества денег, людей и влияния. Особенно влияния…

В 1534 году он взошел на престол небольшого княжества, вассального Баграту III Царю Имеретии.