Крестоносец

Во всяком случае, армянские торговцы говорили об этом как об общеизвестном факте…

Начинать сражение никто не спешил.

У Андрея людей было мало и вообще он выглядел достаточно жалко на фоне громады османского войска. Но ни у кого из присутствующих иллюзий не имелось. После трех последовательных громких побед и удивительно результативного штурма Антиохии никто не сомневался – этот парень представляет смертельную угрозу даже при такой, казалось бы, безопасной армии. Он в головах местных приобрел репутацию этакого Рокэ Альва из «Отблесков Этерны». Если бы, конечно, они этот роман читали.

Сам же молодой Палеолог, видя СТОЛЬКО наемников-христиан под полумесяцем несколько опешил. Особенно его смутили ребята, прибывшие явно откуда-то из Западной Европы. Вон – и коробки пикинеров наблюдались, и отряды рейтар, и даже аркебузиры…

Постояли.

Потупили.

«Попялились» друг на друга.

Первым не выдержал Сулейман, что успел в последний момент присоединится к своей армии. Последней армии. Еще, правда, какие-то силы были у его сына – Баязеда. Но тот не спешил договариваться с отцом. И действовал самостоятельно. Независимо.

Сталкиваться в бою с Андреем Сулейман не хотел.

Попросту боялся.

Особенно в связи с тем, что, видя столь решительное численное преимущество, Палеолог не спешил отойти. Он, казалось, вообще игнорировал это обстоятельство…

– Смотрю, ты научил своих пекарей не бросать оружие при виде меня, – первое, что произнес Андрей, глядя в глаза Сулеймана.

– Мы не пекари! – яростно выкрикнул командир янычар, который несмотря на шутки, гулявшие по округе после событий 1557 года, продолжал ценить традиционные головные уборы.

– А кто? – наигранно удивился Палеолог. И, не давая ему ответить, произнес: – Может быть, вы рабы, которых отняли у их родителей, насильно обратили в ислам и вырядили на потеху Султана шутами? Нет. Не думаю. Разве мужчина и воин такое потерпел бы? Так что, пекарь, помалкивай.

– У тебя острый язык, – с трудом сдерживая улыбку, произнес на французском, один из европейских офицеров – командиров наемников.

– Клинок острее.

– Не сомневаюсь, – хмуро произнес Сулейман. – Предложение, которое передавала тебе моя дочь, в силе.

– Боюсь, что я не могу его принять. Как тебе известно – я все еще женат, несмотря на все твои усилия…

Глава 9

1559 год, 21 августа, недалеко от Адрианополя

– И что ты предлагаешь? – напряженно спросил Сулейман.

И Андрей ответил.

Вежливо и цензурно предложив Султану расторгнуть контракты наемников, заключить с Андреем, Мальтийским орденом и Трапезундом «Вечный мир» лет на пять и покинуть Европейский берег, оставив Константинополь и Фракию ему.

Просто так оставить.

Без компенсаций.

В целом предложение это Сулеймана вполне устраивало.