Крестьянка в наказание

Прикажете помочь переодеться?

— Н-нет, благодарю вас. Я… Я не буду переодеваться.

С трепетом представила — здесь, в этой роскоши, открыть свой скромный сундук…

— Хорошо, миледи. Ужин принесут через четверть часа. Сейчас принесут воду для умывания.

Едва закрыв дверь, привалилась к ней. И вот такая важная дама заявляет — она моя служанка?! Боги, помогите!

Решив хоть немного осмотреться в комнате, подошла к окну. За тончайшим гранёным стеклом под ветром шевелились ветки деревьев. Стало тоскливо. Эх, сейчас бы домой. Нет, не надо думать о доме, иначе расплачусь и герцог будет недоволен.

В дверь опять стукнули. Не успела дойти, в неё прошла давешняя женщина.

— Я принесла ваши вещи, миледи.

Поставила на кресло небольшую сумку, собранную матушкой. Там было сменное платье на утро и ночная рубашка, сшитая для меня специально к первой ночи.

— Благодарю вас. Я, я сейчас…

— Не волнуйтесь, миледи, воду сейчас принесут. А вот и Долита.

Невысокая девчушка расположила на стоящем в углу столике кувшин и таз. Разложила рядом белоснежные рушники. С любопытством, тайком рассматривая меня, вышла.

— Прошу, миледи, я помогу вам умыться.

Горничная подошла к кувшину и взяла его в руки, явно ожидая меня. Стоило сложить ладони, принялась поливать, указав на маленькую лоханочку с розовым кусочком мыла. Матушка покупала простое, серое. Этот ароматный кусочек восхитительно мылился и давал нежную пену, чудо. Намылив руки, подставила их под тонкую струю воды.

Вот дивно. Дома у нас был умывальник. Неужто знатные барышни и не умываются сами? Откровенно неуютно — пожилая дама поливает воду. Быстро умывшись, приняла из её рук белоснежный рушник.

— Слегка промокните кожу, не надо тереть, миледи.

Понятно — опять делаю не то и не так.

— Всё понимаю, миледи. Вы очень волнуетесь. Не беспокойтесь, всё будет хорошо. Сегодня для вас очень волнительный день и все это понимают.

— Конечно. Мы знаем, сегодня было ваше бракосочетание с его светлостью. Прошу, — указала на столик, стоявший у окна. — А вот и ужин. Я не знаю, что вы любите, поэтому взяла на себя смелость заказать разные блюда на любой вкус. Одну минуту, кресло придвину.

Две служанки тем временем внесли подносы.

Ох, какая же была посуда! Тончайшая! Разрисованная диковинными узорами, с позолоченными краями. Смешные крошечные вилы, ножички, всё такое красивое, тоненькое… Это всё разложили на столе и встали рядом. Чего это они?

— Что ещё прикажете, миледи?

— Спасибо, ничего не нужно. Дальше я сама, благодарю вас, — выдавила, не зная куда деваться.

Служанки ловко присели. Мне опять захотелось поклониться в ответ, но видать здесь такое не заведено. Герцог вон, был недоволен моей попыткой поклона.