Крестьянка в наказание

— Ты же знаешь — пока не родится наследник и не будет подтверждена его принадлежность к роду я, как первый советник, покинуть дворец не могу. Подожду, пусть сообщат — что произошло. Шкатулку экстренной почты секретарь сюда доставит…

Проснулась под вечер.

Обрадованная Галита помогла привести себя в порядок и сообщила — леди Мальвина просит дозволения отужинать со мной… Если мне это угодно.

Вытаращив глаза на камеристку, подавилась воздухом. До сих пор, несмотря на всю почтительность, леди Мальвина не испрашивала такого дозволения. Скорее руководила мной. Это что же случилось?

Расспрашивать не стала — придёт компаньонка и всё узнаю. Спросила, между делом, о детях, спасённых со мной в лесу. Оказывается, шефство над ними взяла кухарка. Вот ведь жалостливая душа! Патрика пристроили при кухне (наверняка, с целью откормить совсем прозрачного мальца), а его сестрёнку пристроили к дочери матушки Жув, имевшей малыша сравнимого по возрасту, да ещё и проживала в поместье, выполняя посильную работу под крылом матушки.

Отлично, это решено. Единственное, что осталось сделать мне, это рассказать о происходившем в лесу. Галиту одолевало любопытство и пока помогала привести себя в порядок к ужину, глаза, горевшие кучей вопросов, от меня не отрывались. Я удивилась, было, что Патрика не расспросили. Оказывается — напрасно удивляюсь!

— Да разве из этого молчуна хоть слово вытянешь?! Он как услышал, что сама герцогиня с ним в лесу была — онемел. "Госпожу спросите" — всё чего и добились. Молчит и ни словечка. Даже не сказал, откуда родом. Уж господин управляющий выпытывал, господин Демис… Молчит, — Галита развела руками и с надеждой глянула на меня.

— Расскажу, позже, — отмахнулась я. — Мне сначала его светлости сообщить надо обо всём.

— Так о чём сообщать-то? Ему уж весточку о вашей пропаже в лесу послали. А потом и о вашем возвращении. Отписался — прибудет завтра. Сегодня какие-то дела задержали. Уж господин управляющий отписал, каких жутких зверей в лесу поубивали!

— Ох! Ты их не видела…

Галита замахала руками, перебивая:

— Да все видали! Из соседних деревень народ приходит посмотреть! Лесничие ведь этих тварин в поместье привезли.

За дверями спальни послышались шаги и тихий голос леди Мальвины. Ага, ужин принесли! Желудок жалобно просигналил о голоде.

Отмахнувшись от камеристки, готовой продолжать разговор до бесконечности, прошла в гостиную, где под руководством компаньонки уже накрыли на стол. По комнате плыли завлекательные ароматы. Мой живот выдал плебейскую руладу, поторапливая к столу.

Ели молча. Деликатная компаньонка, в отличие от Галиты, не терзала вопросами, давая насытиться. Всё же почти два дня голода стали делом уже непривычным. Нежная становлюсь, совсем настоящая барыня.