Крепостная

Оттого Константин даже не сомневался в том, что на исходе месяца Грушенька также влюбится, сама не захочет оставить его, свято верил и не сомневался в этом.

Сегодняшний же утренний разговор с девушкой заставил Урусова не на шутку напрячься, ибо он не понимал, отчего Груша потребовала вольную так настойчиво, словно он совсем не нравился ей. Но Константин не допускал мысли, что он может кому-то не нравиться. Нет, этого просто не могло быть, думал он. Наверняка Груша наметила цель, эту злосчастную вольную грамоту и, несмотря на то, что любит его, намеревалась все же добиваться свободы. Урусов думал том, как убедить девушку в том, что вольная ей пока не нужна, ведь им теперь так хорошо вместе, зачем же все рушить? Именно так и решил Константин, успокаивая себя, пока сидел в кабинете и разбирал утреннюю почту. А позже, возможно, осенью, он и впрямь охладеет к девушке и уже тогда, конечно же, сделает ей подарок — оформит вольную.

Константин решил скрыть от Груши правду о том, что не давал никаких распоряжений насчет ее вольной. Однако жизнь полна коварства, и случилось так, что в тот же самый день после обеда в поместье Урусовых заехал Петр Иванович Чукоров.

Едва Груша спустилась в сад, как заметила подъезжающую к парадному крыльцу открытую коляску. Узнав адвоката, который занимался всеми юридическими делами князей Урусовых, она быстро направилась ему навстречу.

— Аграфена Сергеевна! — Петр Иванович с почтением и каким-то наслаждением поклонился молоденькой девушке в модном синем платье, которая приблизилась к нему.

— Добрый день, Петр Иванович, — приветливо поздоровалась Груша, протягивая руку для поцелуя. — Давно вы не заезжали к нам.

— Занят был, — ответил Чукоров. Адвокату было лет пятьдесят, некогда видный мужчина, он все еще оставался падким на женскую красоту.

— Вы можете уделить мне пару минут? — попросила Груша.

Петр Иванович, польщенный таким вниманием, галантно улыбнулся.

— Конечно же, драгоценная Аграфена Сергеевна!

Груша улыбнулась и спросила:

— Скажите, Петр Иванович, когда будут готовы мои документы?

— Какие документы? — удивился Чукоров, не понимая, о чем она говорит.

— Те, которые вас просил составить Константин Николаевич, — сказала тихо девушка, наклоняясь ближе к невысокому седовласому адвокату.

— По поводу земли под Москвой, что ли? — уточнил Петр Иванович.

— Да нет, — вымолвила уже напряженно Груша. Она боялась, что кто-нибудь услышит их разговор, и поэтому добавила совсем тихо: — О моей вольной.

— Вольной? — воскликнул так громко Чукоров, что Груша испуганно посмотрела по сторонам, пытаясь понять, слышал ли кто-нибудь, что сказал Петр Иванович.

— Да, о моей вольной. Константин Николаевич сказал, что дал вам распоряжение подготовить все необходимые документы.