Хранитель: Хранитель пограничной крепости. Душа пламени. Встретимся в Силуране

Что подумают слуги Хмурого, увидев, что Оплот собирает своих людей?..

Просто приказать хозяину, чтоб до утра побыл со знатным гостем?

А если Хассат заодно со злодеями? Вдруг в этом приказании он усмотрит что-нибудь подозрительное?

Одиночество становилось все тягостнее… Наконец Таграх-дэр придумал, как не сойти до утра с ума и в то же время не навлечь на себя немилость Кхархи и его слуг.

Когда заспанный хозяин примчался на вопли высокородного гостя, Таграх-дэр раздраженно заявил, что не может уснуть. Здесь душно, пыльно, не выветрился запах прежних постояльцев и вообще неуютно… Раз уж ему все равно мучиться до рассвета, то нет ли среди гостей бродячих певцов или музыкантов? Он бы не прочь их послушать…

Нахмурив свой и без того морщинистый лоб, Хассат неуверенно припомнил, что вроде были на женской половине то ли танцовщицы, то ли певицы… Надо послать служанку, пусть тихонько разбудит женщин и спросит…

* * *— Вот эти две сказали, что они — певицы, — склонился хозяин до самого ковра. — Но музыкальные инструменты — у их спутника, в мешке. Прикажешь разбудить?

— Не надо, — махнул рукой Таграх-дэр. — Так споют, без музыки. Ступай!

Хассат юркнул в дверь, скрывая ехидную ухмылку. Он так и думал, что Оплот обойдется без музыкальных инструментов. И уж конечно, без дюжего спутника певиц…

А Таграх-дэр, сощурившись, оглядел скромно потупившихся женщин."

"Обе — грайанки. Увы, не в его вкусе. Впрочем, у той, что слева, чудесные волосы и, как успел мельком заметить Оплот, необычные, ярко-зеленые глаза. Подкормить ее как следует, чтоб не была такой худой, — станет на редкость привлекательной. Вторая понравилась вельможе гораздо меньше: слишком крепкая, рослая, вдобавок волосы зачем-то коротко острижены.

Но все же они были женщинами. И Таграх-дэр с облегчением почувствовал, как страх перестает терзать его измученный мозг. Несказанно добры были боги, создавшие для мира женщину! Рядом с ней любой мужчина, каким бы слабым и робким он ни был, чувствует себя завоевателем и героем, победителем и защитником…

Отогнав возвышенные мысли, Таграх-дэр приветливо обратился по-грайански к зеленоглазой певице:

— Ну, милая, чем ты усладишь мой слух?

Не ответив, скромница обернулась к подруге:

— Ну что, Аранша, развлечем господина?

— А как же! — с неожиданной мрачностью откликнулась та. — Уж постараемся угодить.

И крепко, по-мужски врезала вельможе снизу вверх в челюсть.

Будь на месте грайанки мужчина, Таграх-дэр успел бы отразить нападение или хотя бы увернуться. Но от женщины он ничего подобного не ожидал, пропустил удар и почувствовал, что падает. Его подхватили, заломили руку назад, сжали в мощных тисках.