Крематорий

– Как считаешь, – спросил Ларин у директора заповедника, – нам это хорошее дело на том свете зачтется?

– Да уж, ты не зря вспомнил про ад. – Беспалый протирал свои очки-велосипеды от прилипшего к стеклам пепла и щурился на заповедный лес.

Огонь подступил уже совсем близко. Горел валежник, дымилась трава, языки пламени вырывались между стволов деревьев.

– Они-то должны успеть, – Андрей смотрел на людей, бегущих к высокой песчаной насыпи, – а вот нам еще надо постараться проскочить к домам.

Ларин не жалел машину. Ревел мотор, «Ленд-Ровер» каждую секунду грозил застрять в рыхлой земле или же наскочить на притаившийся среди посевов валун.

– Если остановимся, то точно застрянем, – крикнул Андрей.

– Все, началось, – выдохнул директор заповедника.

Ларин даже не обернулся. Он смотрел в зеркало заднего вида. Огонь, вырвавшийся из леса под порывом ветра, лизнул поле. Пшеница занялась быстро, как порох – успела просохнуть от горячего воздуха, растекавшегося со стороны леса. Огненная волна покатилась по полю.

– Теперь его не остановишь. Но люди должны успеть, – произнес Ларин.

– Успеют. – Беспалый глянул в заднее стекло – «УАЗ» с егерем заметно поотстал.

Как всегда бывает при масштабных пожарах, воздушные потоки стали непостоянными. Пламя, пожирающее кислород, разогревало воздух, гнало его вверх, затягивая новые порции в горящий лес на возвышенностях, и выбрасывало раскаленные потоки в низинах. А потому предугадать, куда двинется огонь в следующую минуту, было решительно невозможно. Сейчас он дугой огибал машины, прорывавшиеся к поселку.

– Стой! – крикнул Беспалый.

Ларин, даже не поинтересовавшись, в чем дело, нажал на тормоза. «УАЗ» с егерем застрял, угодив в какую-то канаву. Водитель газовал, но машина не могла выбраться. Волна огня катилась на автомобиль. Поняв, что спасти «УАЗ» не удастся, егерь побежал к «Ленд-Роверу». Пламя накатило на «УАЗ», вспыхнула брезентовая крыша. Егерь вскочил в машину к Андрею, и внедорожник поехал дальше, соревнуясь с огнем в скорости.

– Однако, – проговорил егерь, вытирая рукавом закопченный лоб, – первый раз такое в моей жизни.

– Надеюсь, и последний. Зато будет что внукам рассказать.

Горящее поле осталось сзади. Машина уже катила по окраине поселка. Разглядеть что-нибудь было трудно. Дым был плотный и наплывал на улицу потоками. Временами за лобовым стеклом вообще виднелись только капот и черная рифленая запаска на нем. Машина въехала на горку. Дым стлался в низине. Картина открывалась страшная. Пламя уже свирепствовало в южной части поселка. Пылали сараи, бревенчатые дома. Отовсюду слышались крики. Люди, как сперва казалось, без толку метались по улицам.