Крематорий

Выскочил из машины, взбежал по откосу. У столкнувшихся автомобилей, загородивших дорогу, уже собралась небольшая толпа водителей и пассажиров. Люди кричали, ругались, но толку от этого, естественно, не было.

– Чего ждем? – закричал Андрей. – Эвакуатора, что ли?

– Не заводится, – разводил руками водитель помятой машины.

– Ты что, не видишь, полосу отвода у дороги уже лет десять никто не чистил, кустами заросла. – Ларин указал на другую сторону шоссе, прилегающую к лесу. – Скоро огонь сюда дойдет. Все и полыхнет. А тут машины, бензин... А ну, мужики, взяли.

Андрей распахнул дверцу одной из столкнувшихся машин и вывернул колеса к откосу. Беспалый придержал пытавшегося помешать Ларину водителя.

– Ничего с твоей машиной не станется. И так вся помятая. Не сгорит, так к вечеру вытащишь.

Мужики, мобилизованные Андреем, быстро столкнули неисправный автомобиль в кювет, освободив дорогу.

– Прям как на войне, – сказал кто-то из толпы.

Водитель машины грустно глянул на своего «железного коня», криво застывшего под дорожным полотном. Но все же нашел в себе силы признаться:

– А ведь вы, по большому счету, правы, мужики.

Тут же кто-то предложил ему сесть в свою машину, и неторопливое, но нервное движение на шоссе возобновилось.

– Может, рискнем? – предложил директор заповедника. – Тут под ЛЭП, через просеку, можно почти к самому поселку выскочить... – Беспалый всмотрелся в лес. – Туда огонь, кажется, еще не добрался.

– Риск – благородное дело, – отозвался Андрей, выворачивая руль.

Егерь на старом «УАЗе» с выгоревшим брезентовым тентом старался не отставать от «Ленд-Ровера».

– Сколько раз я говорил, чтобы навели порядок с самовольным строительством в поселке. Никто меня не слушал. Там же сплошной самострой! Прямо тебе трущобы латиноамериканские. Никакие нормы не соблюдаются. Всякие хибарки, сарайчики из досок и фанеры... Строят, где кому на ум пришло, один к одному лепятся. Если огонь на поселок перебросится, все дотла выгорит.

– И тут Радькову с компанией полный профит предвидится? – спросил Андрей.

– Выходит, что так, – зло ухмыльнулся Виктор. – Не станет домов в поселке – сама собой отпадет проблема по его сносу. Людей можно будет в самую глухомань из-под города переселить... – Он почесал небритую щеку. – Как-то все очень странно – одно к одному складывается. Кому война, а кому и мать родна.

– Я же сказал тебе – не все так просто. А правда, она наружу выплывет.

– Странный ты какой-то для фотографа, – присмотрелся к Андрею директор заповедника, – мне таких раньше встречать не доводилось. А их ко мне в заповедник много приезжало. И наших, и заграничных.

– Фотограф как фотограф, – пожал плечами Ларин.

– Не скажи. Я эту шатию-братию как облупленных изучил. Тебе по их меркам сказочно повезло.