Кредит доверчивости

«Как омут», — пишут о подобных в книжках.

Влад фамильярно взял ее под руку и повел к машине, показавшейся Натке верхом богатства и совершенства."

"— Зато я определился, — подмигнул он, помогая ей сесть.

В салоне пахло кожей, сандалом и дорогим табаком. Натка на секунду закрыла глаза…

Это мне за то, что я «огурца» послала, подумала она. Где-то она слышала выражение, что когда одна дверь закрывается, другая обязательно открывается.

А еще есть поговорка — «свято место пусто не бывает». Она нравилась Натке больше. Ей даже захотелось немедленно сказать ее Лешику. У него на этом месте жена с энцефалитом, а у нее…

Влад.

Вечер прошел волшебно.

Не в дорогом ресторане, правда, а дома у Влада, с одной-единственной бутылкой сухого вина, но за этой скудностью закуски и выпивки Натка увидела замечательно правильный образ жизни и щедрость души.

Апартаменты произвели на нее ошеломляющее впечатление, а когда Влад пригласил ее на террасу, голова и вовсе кругом пошла, будто выпила она не пару бокалов легкого сухого вина, а пару бутылок…

Триумф вечера состоялся у ее подъезда, где ее караулил Лешик с невнятным букетом. У Натки хватило ума в первый вечер «держать марку» и не остаться ночевать у Влада. Он, впрочем, как благородный и правильный человек, не очень настаивал. Галантно довез ее до подъезда, а там — Лешик с потрепанными ирисами.

— Ой! — испугалась Натка и нырнула обратно в машину.

— Твой, что ли? — догадался Влад.

— Нет-нет, просто докапывается! — замахала она руками.

Влад подошел к Лешику, забрал у него букет, понюхал, потом взял «огурца» за шиворот и придал ему направление движения легким толчком.

— Слышь, покемон, забудь этот адрес. — Влад сопроводил свои действия только одной репликой.

Лешик, очевидно, ничего не понял, так как и Натку-то толком не видел, но адрес забыл…

Звонил, правда, регулярно, плакался:

— Меня возле твоего дома какой-то бугай на танке жестоко избил. Твой?

Натка бросала трубку, у нее пропал почему-то интерес объяснять Лешику, что «свято место пусто не бывает». Она вдруг почувствовала, что Лешик недостоин ее оправданий, он жалок, смешон, мелочен — и это было какое-то новое, возвышающее ее в собственных глазах чувство.

На столе у нее стоял букет ирисов, принесенный Лешиком, но отвоеванный и подаренный Владом.

Оставался только один вопрос, на который Натка никак не могла найти подходящий ответ — почему такой мачо, такой подарок судьбы до сих пор один? Ну, понятно — развелся, обычное дело, — но Натка-то, конечно, знала, что за подобными «призами» идет ежеминутная, ежечасная, ежедневная женская охота.