Кредит доверчивости

Владик галантно поцеловал ей руку, вручил букет и, проводив до пассажирского сиденья, открыл дверь серебристого «Лексуса».

Натка так гордо шла, что меня смех разобрал. Садясь в машину, она бросила быстрый взгляд на мое окно — вижу я ее триумф или нет? Улыбнувшись, я помахала сестрице рукой.

Пусть найдет свое счастье, я буду только рада. Главное, чтобы в этом «Лексусе» хватило места и для Сеньки с его вечными «экспериментами».

В сумке опять зазвонил телефон. Я поспешно спрыгнула со стола, едва не подвернув ногу. Совсем сбрендила — рассматриваю Наткиных ухажеров, а ведь, наверное, мне Сашка уже час дозвониться не может. С этими домашними бедствиями, Наткиными сборами на свидание я совсем забыла про собственную голодающую дочь и про то, что хотела позвонить Ольге Викторовне…

Я выхватила телефон из сумки в тот момент, когда звонки прекратились.

Пропущенных вызовов было четыре. Но не от дочери, а от… Никиты Говорова.

«Мам, он такой симпатичный», — вспомнила я Сашкины слова из сна.

С Никитой после того единственного ужина в ресторане мы виделись только в суде и общались исключительно по работе. Что заставило его позвонить мне субботним утром, я понятия не имела, но перезванивать — значило выказать свою заинтересованность, а мне этого не хотелось…

После истории с Кириллом не было у меня никакой заинтересованности — умерла, растворилась, канула… Может, это пройдет когда-нибудь, переболит, но пока… Там, где должны быть чувства, у меня красная кнопка — не трогать! Не подходить, не вторгаться, даже не намекать.

Так что позвоню-ка я Ольге Викторовне, узнаю, как можно решить проблему голода в Англии: радикально — раньше времени выдернуть Сашку из «погружения», или все-таки более конструктивно — например, позволить детям хотя бы раз в день полноценно обедать в студенческой столовой. Пусть и в ущерб осмотру достопримечательностей. Ни Тауэр, ни Вестминстерское аббатство никуда не убегут, а здоровье пережаренным беконом можно угробить.

Да, и неплохо бы поговорить с родителями Джимми о том, что зажигать на ударных установках, конечно, здорово, но вы в ответе за тех, кто у вас в гостях. Если Сашка выучит только музыкальные термины и получит контузию, что толку-то от такой поездки…

Не успела я набрать номер, как из кухни выскочил Сенька.

— Готово! — отрапортовал он.

— Так быстро? — удивилась я.

— Да что там… Чик-чик, и все.

Я пошла посмотреть на его «чик-чик». На полу, конечно, остались разводы, а посуда все равно блестела от масла, но жить можно. И даже попробовать налить себе кофе.

— Теть Лен, а когда наша подводная лодка поплывет в парк?

— Пойдет, — поправила я.

— В воде плавают, — засмеялся Сенька.

— Только не подводные лодки, — потрепала я его по вихрастой голове. — Лодки и корабли ходят.