Кредит доверчивости

В саду английский садовник подрезает английские розы, и по радостной Сашкиной улыбке я догадываюсь — это мои розы и мой садовник.

Дворецкий с поклоном открывает нам дверь, и в какой-то момент я понимаю, что на нем прокурорский мундир и это — Никита Говоров.

— Никита? — удивленно спрашиваю я у него.

Говоров опять слегка кланяется и отвечает:

— К вашим услугам, Елена Владимировна.

Сашка громко смеется, я чувствую, что краснею, но мне очень приятны Никитины полупоклоны, его «к вашим услугам» и то, что он мой дворецкий.

— Мам, он такой симпатичный, — шепчет мне Сашка. — Может, повысим его в должности и добавим зарплату?

— Он и так прокурор, куда его повышать? — шепчу я в ответ, и мне вдруг становится так смешно, что я просыпаюсь…

Надо же, какие кульбиты выдает подсознание — средневековый замок, личный садовник, желтый кабриолет, прокурор-дворецкий…

Знал бы Никита!

Меня по-прежнему душил смех, и я решила — хватит субботней неги и смешных грез, нужно быстрее возвращаться в действительность. Сейчас выпью кофе прямо в постели, и не беда, что некому его принести, — сама себе сделаю, заберусь в кровать и выпью — непричесанная и неумытая, в ночной рубашке и с пустой головой, в которой нет никаких мыслей, только фантазии.

Впрочем, образ Никиты, пришедший во сне, был мне приятен. Я вспомнила наш единственный ужин в ресторане и легкость и непосредственность, неожиданно возникшую между нами…

Господи, нашла о чем думать субботним утром!

Вот выпью кофе, а потом возьму толстый глянец, который невесть зачем купила вчера в супермаркете вместе с сосисками, яйцами, сыром, стиральным порошком и шампунем. На обложке глянца улыбалась шикарная дива, чем-то похожая на Натку, и я, поддавшись секундному порыву, положила журнал в свою корзину — не знаю зачем, может, чтобы показать сестре ее шикарную копию, а может, для того, чтобы самой приобщиться к миру гламура. А почему бы и нет? Нужно же знать, что сейчас носят, как красятся и где знакомятся с перспективными женихами. Не скажу, что меня это сильно интересует, но зря я, что ли, почти двести рублей потратила?

Кстати, в таких журналах иногда встречаются очень толковые статьи об искусстве, здоровье и психологии. Так что свое субботнее счастье с чашкой кофе в постели я дополню приятным и легким чтивом.

Только я хотела встать и налить себе кофе, как в кухне послышался страшный грохот, звон разбитого стекла и Наткины — сначала визг, потом вопль:

— Ты что наделал?! Что наделал, я тебя спрашиваю? Я уши сейчас тебе оборву, засранец!..

Громко взвыл Сенька, а меня словно ушатом холодной воды окатило — какой кофе, какая постель, какое безделье… Совсем забыла, что Натка прячется у меня от коллекторов, а Сенька проводит в моей квартире свои эксперименты.