Кай из рода красных драконов (СИ)

Пока примеривался, как обезоружить, связать, на него навалились всем скопом — и старые воины, и молодые.

Барсы видели уже, что бывает с рабами чёрных камней. Ыйгена изрубили в капусту в считанные минуты. Остановить их я бы не смог.

Это мне казалось, что можно отобрать камень у Ыйгена и постараться как-то снять с него «порчу». Барсы мыслили просто — прибить соратника, пока не оборотился в демона.

Наверное, лицо у меня исказилось от внутренней боли: из-за одного поганого камня мы потеряли двоих. А у нас воинов-то всего — не биться, а сесть и заплакать.

Ичин понял мои мысли. Он кивнул мне: пойдём? И мы вместе подошли к тому, что осталось от Ыйгена.

И Шасти засеменила следом. Несмотря на рост — шаг у неё был мелкий."

"На груди у воина камня не оказалось, но шаман легко нашёл его в мешочке на поясе.

— Можно ли уничтожить «глаз колдуна», сбросив его со скалы в расщелину? — спросил я Шасти, испуганно прижавшуюся к моей руке — так страшно изрублен был окровавленный труп.

— Только если он замолчит, — прошептала девушка.

Я пошарил в сумочке, что забрал у неё, и вытащил лоскут кожи, испачканный чёрным.

— Так? — спросил я.

Шасти кивнула.

Я завернул камень в кожу и завязал в узел.

— Теперь твой отец не видит его?

Шасти снова кивнула.

Я понимал — колдун где-то рядом. Он смотрит сейчас на дочь. И она снова идёт против его воли.

Странные нравы: папаше, значит, можно пытаться убить дочку, а она робеет ему даже перечить.

Но послать нам ответку колдун не сумел. Как я ни оглядывался — кругом было тихо. Ни призрачных воинов, ни ещё какой-нибудь дряни.

Видно, папашу сильно помяло вчера, иначе мы бы уже огребли.

Я взял Шасти за руку и, держа камень-глаз на ладони, позвал всех желающих идти вместе со мной.

— Мы бросим камень в пропасть, — сказал я. — И никто больше не сможет взять его незаметно.

— Ей нельзя идти охотничьей тропой, — возмутился было один из воинов.

— Но она пойдёт, — отрезал я. — Мир изменился, барсы. Если мы хотим выжить — нам нужно забыть себя и бежать из этих мест. Но если хотим победить — пора научиться менять правила. Шасти — моя жена, а жена должна идти вместе с мужем.

Глава 27

Первый бой в небе

Барсы увязались за мной практически все — и молодёжь, и те, что постарше. Кроме часовых и Ичина с Ойгоном — никто не остался в лагере. Я счёл это хорошим знаком.

Тропа была хоженая-перехоженная, но воины привычно двинулись цепью. А впереди пошёл Темир, задавая порядок условными знаками: рука вверх, влево, вправо, остановка…

Я уже надрессировался ходить по-барсовски и на автомате реагировал на жесты брата: «пригнись», «повернись», «обойди препятствие слева», хоть и не понимал, чего он взялся командовать.