Красное на красном

При этом Его Величество с прискорбием сообщает, что, если Кагетская казария отвергнет эти условия, он будет вынужден взорвать берег озера Змеиное Око, как уже взорвал одно из Барсовых Очей, дабы покарать жестоких и вероломных бириссцев, коим дети Великого Бакры обязаны неисчислимыми бедствиями, и убедить сомневающихся и недоверчивых в своей твердости…»

3

Значит, сель не был случайностью. Это дело рук Ворона, потому что бакранские козопасы вряд ли знают, что такое порох. Но кем же надо быть, чтобы сотворить такое?! Алву называли безумцем, демонским отродьем, палачом, мерзавцем, но эти слова для него слишком мягки. Его надо убить, как бешеного пса… Легко сказать убить, эту тварь защищает сам Леворукий!

– Ваше величество… – Робер почувствовал, что у него дрожат руки. – Я… Это немыслимо!

– Вы не верите в их угрозы?

– Верю! Закатные твари! Верю! От Ворона можно ждать всего. Если с Бирой и вправду он…

– Сомнений нет. Потому они и не пошли за нами.

Зачем он спросил, ведь он и так знает, что это правда. Рокэ не полез бы к барсу в логово, если б не знал, что может посадить зверя на цепь. После Биры его не посмеют ослушаться.

– Ваше величество, что вы намерены предпринять?

– Я должен спасти свой народ, – с чувством произнес казар, – и ради этого не пожалею никого и ничего. Если б ценой моей жизни можно было отвести опасность от Кагеты, я не колебался бы ни мгновения, но долг от меня требует не умирать, а жить и действовать. Я не могу допустить, чтобы Равиат постигла судьба Бирисской долины. Я приму ультиматум. Я поеду к горе Бакра и буду унижаться перед дикарями и чудовищем, в котором не осталось ничего человеческого.

Белый Лис не преувеличивал, бакраны были дикарями, а Ворон – нелюдью, но Адгемар вряд ли от него далеко ушел. Если б казару понадобилось смести с лица земли целый город, он сделал бы это не задумываясь.

– Ваше величество, ваше самопожертвование делает вам честь.

– Насколько легче приносить в жертву себя, чем других, но государь не может себе этого позволить. Я должен любой ценой умилостивить герцога Алву, лишь бы он оставил Очи Сагранны или по крайней мере увел оттуда бакранских дикарей. Пусть там останется генерал Вейзель со своими людьми, он, как я слышал, достойный человек. Робер Эпинэ, я должен просить вас об одолжении, нет, больше чем об одолжении…

Чего хочет Лис? Чтобы он встретился с Вейзелем или написал ему? Бесполезно. Бергер честен и простодушен, именно поэтому Рокэ не станет его слушать.

– Я весь внимание."

"– Дорогой друг, – голос Адгемара дрогнул, – я не рискнул бы заговорить с вами об этом… Вы – мой гость, вы дважды спасли мне жизнь, но я знаю, что вы нашли друзей и среди моих подданных, и среди бириссцев, и вы не хотите, чтобы их постигла судьба тех, чьи жизни унес сель.