Красная Поляна навсегда! Прощай, Осакаровка

Ирина обматерила дочь, как могла, обозвала последними словами. У Кати была истерика, она плакала и говорила, что они не имели права читать ее письма.

– А вот видишь сама, прочитали и осмеяли тебя же. Впредь будет наука. Человек должен думать, слать ли такие письма. Потому, что его могут прочесть. Все это перемежалось кроме мата, знакомыми до боли прозвищами: Баран, Барановна, Бестолковая, Тупица и т. д. А ничего, впредь неповадно будет!

За Женькой тоже глаз да глаз нужен. На уроках, учителя жаловались, ведет себя хуже мальчишек. На переменах кого хочешь заденет, отлупит, водится в основном с мальчишками. Вот такая бестия.

* * *Тетка Рая была счастлива, что около нее собрались все три ее племянника. И Савва, и Митька и Федя жили недалеко от нее. Старшего своего племянника она постоянно приглашала к себе и обижалась, если тот не появлялся хотя бы раз в неделю.

Двадцать пятого марта, в день рождения Саввы, она накрыла большой стол, пригласила родных. Все его поздравляли с началом новой жизни, пили за его здоровье. Никто, правда, не заикался о его оставленной жене и детях. Костас напомнил, что одно только плохо, родного сына тети Раи не было с ними. Тетка картинно вытерла красивым носовым платком глаза.

– Надеюсь, Бог услышит меня, и сын вернется.

– А что ему делать там без Саввы? – насмешливо спросил Митька – Чечен. – Ни одного родственника. Помыкается и приедет.

Гости ушли поздно. Тетя Рая настояла, чтобы совершенно опьяневший Савва, остался ночевать в ее новой однокомнатной квартире. Савва улегся, но никак не мог угомониться и заплетающимся языком поведал:

– Хоть Федя и не проводил меня на самолет, я на него зла не держу. А помощь его, видит Бог, ох как нужна была мне тогда, но ради тебя я его найду в Джамбуле.

– Ты собираешься в Джамбул?

– Хочу все-таки уговорить кого-нибудь из детей переехать сюда. Не хочу платить алименты. Один ребенок с ней. Другой со мной, и мне не надо будет платить за нее деньги.

– Ну, здесь-то ты будешь все – равно нести расходы с дочкой, – последовало вопросительно- утвердительно.

– Да, это так, но зато ей будет малоприятно, когда не все дети будут с ней.

Тетка заулыбалась;

– Правильно. Пусть знает почем фунт лиха.

Савва сделал глубокомысленное лицо. На самом деле сделать неприятность бывшей жене, была не основная его цель. Он надеялся, что когда Ирини увидит, что одна дочь с ним, то может сама захочет переехать на Кавказ тоже. И, может быть, они смогут помириться. Прошло полгода и ему в самом деле выделили жилье. Большое помещение, около двадцати двух квадратных метра, с очень высокими потолками. Говорят, раньше это был клуб, а теперь его поделили между пятнадцатью семьями жильцов. Савва сразу сделал перегородку, поделив комнату на две.